Нежеланная дочь

С Гришиной Евгенией мы были знакомы, даже одно время общались, но что-то не срослось, и я даже думать забыл о ней. Женя очень обрадовалась моему приезду. Она изменилась: из угловатой девушки превратилась в настоящую красавицу. Евгения увлеченно рассказывала о своих планах, мечтах, желаниях. Я слушал и искренне завидовал, что они у нее есть.

И сам не понял, как тоже рассказал ей все. О своей семье, о беременности жены, о патологии плода. И о том, что Полина собирается оставить ребенка. Евгения меня выслушала, поняла и искренне посочувствовала.

Так стыдно мне еще не было. Я не собирался изменять Полине.

«Костя, ничего страшного не произошло, — успокаивала меня Женя. — Мужчинам иногда нужно отвлечься. Тебя это ни к чему не обязывает».

Но возвращаться домой было совестно. Я был готов провалиться под землю, но только чтобы Полина не узнала об измене…, и я снова остался у Евгении.

Чуть позже я узнал, что Полина сама ушла из дома. Мама не особо любила ее, и была довольна, что я, наконец, обратил внимание на достойную девушку. Мать радовалась, что у меня будет нормальная семья, карьера и здоровые дети.

То, что предлагала Александра Филипповна казалось нереальной сказкой, о которой я даже не мог мечтать. Евгения была рядом и ни во что не вмешивалась. У меня хватило сил отказаться от перспективного предложения, которого больше могло и не быть.

— Костя, не будь дураком! Ты ей даром не нужен, раз она так легко все решила! — повторяла одно и то же мама.

— Мама, мне нужно поговорить с Полиной.

— О чем там можно разговаривать?! Костя, очнись!

Я и сам хотел очнуться, но раз за разом откладывал разговор.

Евгения стояла у окна.

— Женя, что-то случилось? — спросил, вставая рядом.

"— Нет. Все нормально, — сказала она с легкой, мечтательной улыбкой на губах.

— Правда? — переспросил, вглядываясь в ее светящееся лицо.

Женя закусила губу и, не скрывая своих чувств, закивала. Я искренне радовался, что она живет полной жизнью и идет навстречу своим мечтам.

— Правда. — Она не касаясь, провела пальцем возле моего лица. — Костя, я беременна, — выдохнула Евгения.