Невеста сына (СИ)

А напряжение повисло сразу такое, хоть ножом режь.

Секретарша примолкла и уставилась на них. Люди в приемной, тут же десятки глаз. Ей казалось, воздух сейчас зазвенит.

- Да, конечно, Павел Всеволодович, - проговорила она ровно.

- Тогда пройдемте со мной, - улыбка Павла стала чуть шире, в глазах появился стальной блеск.

Он первым двинулся к выходу из приемной. Одна рука в кармане брюк, твердые шаги, как будто гвозди забивал. Хозяин жизни. У двери Павел остановился и повернулся к ней. А у нее завибрировал гаджет, Маша быстро перевела взгляд:

«Ты в порядке?», - пришло от Иевлева.

В порядке.

Маша выдохнула и незаметно кивнула ему, а потом пошла следом за бывшим мужем. В конце концов, она была уверена, что здесь Павел ничего лишнего себе не позволит. Ему точно не нужен скандал. К тому же, теперь уже становилось интересно, зачем он это все устроил. Ведь не просто так он выманил ее из офиса.

Стоило им оказаться в коридоре, Торопов знаком показал идти с ним рядом и, не поворачивая головы, бросил:

- В кабинет.

- Мы прекрасно можем поговорить и здесь, - тихо сказала Маша, глядя в сторону. - Все равно теперь наше общение возможно только в присутствии адвокатов.

- Ты потому притащила своего с собой?! - он резко повернулся, глаза полыхнули злым огнем.

Говорил едва слышно, а отзвук эмоций еще долго звенел в воздухе. Такой осязаемый, резал барабанные перепонки.

- Ты тоже можешь брать на встречу своего, - парировала она. - Ты, кажется, сам настаивал на этом.

Еще несколько шагов они прошли в звенящем молчании, наконец Павел остановился.

- Хорошо, если ты так хочешь.

Уступка? Это было что-то новое, она взглянула на бывшего мужа с подозрением. Странное выражение промелькнуло в его глазах, не знай она Павла... Додумать Маша не успела.

- Неужели мы не можем поговорить как нормальные люди, Маша? - сказал он, задумчиво глядя на нее. - Мы же прожили вместе двадцать пять лет.

Он... что?! Стыдил ее?

Мария едва удержалась, чтобы не расхохотаться в голос.

- Действительно, - бросила, отворачиваясь в сторону.

Прожить с человеком двадцать пять лет, чтобы потом он наплевал тебе в душу, изгадил все, что можно. Он же был ее мужем, черт побери, она детей ему родила, верила ему! Как нормальные люди... Хотелось спросить: «А как там твоя юная любовь?», но она не стала опускаться до этого. Не дождется.

Просто внезапно почувствовала, что с нее хватит.

- Павел Всеволодович, - взглянула она на него и проговорила сухо.