Непокорная. Жена по любви

Но прежде чем отправиться обратно, Дарк перегородил мне дорогу.

— Ты что задумал? — насторожилась я.

— Собираюсь тебя поцеловать.

— Ты так говоришь, как будто это наказание.

— А что, пороть тебя бессмысленно, я уже пробовал, — напомнил Дарк про хлопок по моему заду. — Значит, каждый раз, когда ты провинишься, буду тебя целовать. Учитывая, как часто ты влипаешь в истории, мы будем целоваться без остановки.

От наглости тьмага я потеряла дар речи. А он строго спросил:

— Не ударишь меня светом, как в прошлый раз?

— Ничего не могу обещать, — фыркнула я.

— Я все-таки рискну, — заявил он.

— Иди ко мне, — поманил Дарк.

Но я не шелохнулась. Ага, как же. Пусть сам идет, если ему так нужно.

Но Дарк почему-то медлил. Тьмагу ничего не стоило преодолеть разделяющее нас расстояние одним широким шагом. Но ему как будто было важно, чтобы именно я сделала этот первый шаг.

— Ну же, — поторопил он.

— Ты совсем обнаглел, — снова фыркнула я.

Да я с места не сдвинусь! Особенно после того, как застала Дарка в борделе с другой.

Впрочем, Дарку этого хватило. Он принял желаемое за действительное, решив — это капитуляция. Вроде как я сдалась, но не сломлена.

В итоге пресловутый шаг между нами он преодолел сам и обрушился на меня. Обнял, прижал к себе, смял губы в поцелуе, лишив кислорода и возможности думать.

Поцелуй тьмага пьянил сильнее эля. А ведь я только протрезвела после прогулки на свежем воздухе. И вот опять захмелела, едва губы Дарка коснулись моих. Со мной творилось что-то пугающее… и вместе с тем мучительно прекрасное.

Дарк толкнул меня к стене, и я оказалась зажата между холодным камнем и жарким телом тьмага. Одной рукой он скользнул в мои растрепанные после капюшона волосы, второй обнял за талию, удерживая мягко, но крепко.

Зафиксировав меня, Дарк углубил поцелуй. Он слишком долго сдерживался, терпел, соблюдал дистанцию, и вот, наконец, отпустил себя. Окончательно сорвался и уже не мог притормозить.

У меня опухли губы, я не могла нормально дышать, только стонать в ответ на жадные поцелуи Дарка, а он продолжал терзать меня.