Неразрезанные страницы

Она опять перехватила руку, которая висела, как плеть, и так, чтоб они не заметили, скрестила пальцы здоровой – на удачу.

В химчистках всегда проверяют карманы. И карманы, и подкладки."

"Если бы она отнесла жакет чистить, все, что было в карманах, ей вернули бы. Если они об этом знают, значит, поймут, что она врет. Но вряд ли эти двое отдают свои вещи чистить!.. Вдруг повезет?.. Вдруг ей повезет?!

– Дура! – заорал тот, которого звали Коляном, и глаза у него налились кровью. – Какая, на хрен, химчистка!.. Что ты гонишь?.

– Не бесись, Колян. Ходила она в химчистку, это точно. Сам видел.

Колян изо всех сил пнул оттоманку, в ней что-то хрустнуло, должно быть, сломалась ножка, и книгой, которую он все еще держал в руке, опять ударил Маню изо всех сил.

Маня повалилась на бок, придавила сломанные пальцы. Боль, острая и горячая, проткнула руку сверху донизу, достала до бока, до сердца, которое, кажется, на минуту остановилось, потемнело в глазах.

И эта боль привела ее в чувство.

Нужно дышать, сказал кто-то у нее в голове, и ей почудилось, что это сказал Алекс.

Она задышала и выпростала руку. Боль стала немного потише.

– И че теперь делать? – задумчиво спросил Серый. – Если камушки нашли, наверняка в ментуру стукнули.

– Убью тебя, паскуда! Все из-за тебя!

– А если б стукнули, менты бы сразу чухнулись и к ней первым делом сунулись! Может, и не нашли еще!

– Ты когда в химчистку гребаную ходила, сука?

– Ка… кажется, вчера.

– Вчера и ходила, Колян. Сам видел.

– Глаза тебе на жопу натянуть, чтоб ты чего другое видел! Где теперь хрусталики искать будем?

Серый подумал немного.

– Утром, как откроется, она пойдет и балахон заберет. Бог даст, найдутся камушки.

– Поняла, цыпочка?..

– Я поняла, – сказала Маня. – Я все сделаю.

– Ну, мы до утра у тебя перекантуемся. Приглашаешь в гости, а? Я тебя спрашиваю, в гости приглашаешь?..

В портфеле зазвонил мобильный телефон, радостно, уверенно, и никогда в жизни Маня так не радовалось обыкновенному телефонному звонку.

Пока звонит телефон и она его слышит, еще все можно изменить и поправить. Еще можно как-то спастись.

– Сиди и не рыпайся!

Замерев, все трое ждали, когда телефон перестанет звонить.

– Давай вставай, сука! Вставай и двигай в камбуз! Тоститься мы у тебя будем! Небось, гостей как следует принять не умеешь, так я тебя научу!

– Кончай гвалт, Колян!

– Еще поучи меня!..

Маня села прямо, крепко взялась целой, не сломанной рукой за оттоманку и свесила голову.