Непокорная жена генерала-дракона

Мы с Георгом позаботимся о тебе, – я погладила девчушку по голове и повернулась к Георгу: – Что ж, теперь, наверное, надо скорее вернуться в Милтон и занять оборону, пока меня не… не схватили, в общем.

– Вас не схватят, не бойтесь, леди Светлана! – раздался глухой и очень-очень усталый голос Гарольда.

Парсиваль и Лаванда зарычали, подняв уши торчком."

"На пороге стоял Гарольд бледный, как смерть, в одной лишь ночной сорочке, спускающейся ниже колен. В руке он сжимал гербовый свиток.

– Я заставил Алексию, как правящую принцессу, подписать акт помилования для Вас! Это было последнее, что она подписала в своей жизни.

Никто больше ничего вам не сделает, леди Светлана.

Лицо Гарольда было гневным, и мне даже хотелось выглянуть в коридор поглядеть не лежит ли там где-нибудь труп Алексии. Но ведь Гарольд здесь, живой, значит, и Алексия в порядке, ведь они как муж с женой связаны родовой магией.

Георг глухо рыкнул, погладил меня по спине, не выпуская из объятий, и сказал:

– Я бы и сам не позволил, чтобы что-то с ней случилось!

Два брата встретились взглядами.

Вокруг Гарольда показались языки пламени. Георг выставил щит мерцающей тьмы. Я почувствовала, как все мускулы моего мужа напряглись под моими ладонями. Парсиваль и Лаванда крутили головами, глядя то на Гарольда, то на нас.

Мне дали право на жизнь!

И я вроде бы должна была порадоваться, но тут было не до радости, когда мерили друг друга убийственными взглядами два давних врага, и я стояла между ними.

В дверях показался Карл и полковник Сандерс.

Все напряжённо наблюдали за Георгом и Гарольдом.

В комнате вдруг стало темнеть, за спиной моего генерала на глазах вырастала зловещая тень: совершенно чёрная и переливающаяся глубинным мерцанием. Тень была живой, я чувствовала её мощь. У неё была голова и огромные крылья, которые едва вмещались в пространство большой в общем-то комнаты. Казалось, не будь стен и потолка, крылья бы распрямились, взмахнули и подняли столб пыли с земли. Возможно, они могли бы разрушить дворец…

– Это твой новый дар, Георг? – проговорил Гарольд.

 – Теперь ты способен призвать дракона, как делали это наши давние предки? Это хороший дар, – медленно покивал мужчина. – Он усилит кровь нашего рода, даст тебе сильных детей, наследников нашего рода. Несомненно, у вас со Светланой будут великолепные дети.

Языки пламени развеялись. Мужчина покорно склонил голову и, скрипя всем телом, опустился на колени:

– Прости своего брата за предательство, Георг! Знаю, что не простишь.