Нелюбимая для властного лорда

Но там лишь слуга невысокого роста в форменной серой ливрее с серебристым гербом своего хозяина.

Кланяется почтительно:

– Я помогу с вещами ассы Элиры.

Ухожу в свою комнату и возвращаюсь с небольшой дорожной сумкой из плотной холщовой ткани.

В ней три моих саронга – все, что у меня есть, не считая нарядного нежно-персикового, который куплен вчера и сейчас на мне, расчёска, немного личных вещей, да то, что приготовила Тара.

Немного, поэтому сумка почти ничего не весит, тут и помогать не с чем.

Но слуга лорда Стилла сама невозмутимость.

Ну, вот и всё.

Вслед за дядей и его женой выхожу на крылечко.

Небо на востоке светлеет. Воздух напитан утренней прохладой и морским бризом. Жаль, я не успела сбегать попрощаться с морем.

Знакомый пастух гонит овец на пастбище. Замечает меня, останавливается.

Рыбаки с вёдрами и удочками на грохочущей телеге съезжают на обочину.

Справа, слева, напротив из ближайших домов на улицу высыпают люди.

Никогда бы не подумала, что мой отъезд привлечёт столько внимания. Но асса Розария оказалась права.

Всем, и правда, страсть, как интересно, кто увезёт соседскую девчонку в далёкие края.

Жена дяди гордо улыбается. Ещё бы, она тоже в центре внимания. Она это любит.

Меня, наоборот, смущают чужие взгляды. Любопытные, жадные, оценивающие. Хочется спрятаться от них, скрыться. Тело бросает в жар.

Мечусь взглядом по сторонам, пока не натыкаюсь на уже знакомые глаза-льдинки.

Мигом тушат мой внутренний пожар, охлаждают мысли, остужают тело.

Я безразлична этому мужчине как женщина. Просто часть сделки, товар, как ценный артефакт или дорогая ваза. Он меня не оценивает сейчас. Просто ждёт, стоя рядом со светло-серым экипажем с серебристым гербом, запряжённым шестёркой белых лошадей.

Высокий, уверенный в себе, в безупречном чёрном камзоле, с идеально уложенными назад гладкими пепельными волосами.

– Лорд Стилл! – дядя спешит ему навстречу, заискивающе улыбаясь. – Зайдёте в дом? Выпьем вериса, на дорожку, так сказать?

Мой будущий супруг отказывается. Отвечает на сбивчивые уговоры моего опекуна коротким отрицательным наклоном головы.

Едва заметно морщится, когда в растущей вокруг нас толпе начинают раздаваться громкие голоса и обсуждения.

– Леди Элира, – произносит одними губами, но его прекрасно слышно. – Идёмте. Нам пора.