Солнце полуночи

Удастся ли мне просто сохранить это состояние; всего-то ожог - ничто более. Вот только яд вновь заполнил мой рот, и мои мускулы, в ожидании напряглись, словно я охотился…

Мне необходимо держаться подальше от таких мыслей. И я знал то, что отвлечет меня.

- Теперь, - я сказал Белле, и страх перед ее ответом, пресек мою агонию. - Твоя очередь…

Глава десятая

ТЕОРИЯ

- Могу я задать еще один вопрос? – поинтересовалась она вместо того, чтобы выполнить мою просьбу.

Я был встревожен до крайности.

- Ну, - замешкалась она, будто раздумывая какой именно вопрос задать, - Ты сказал, что знал, что я не пошла в книжный магазин, и что я пошла куда-то на юг. Мне просто любопытно, как ты это узнал.

Я уставился в ветровое стекло. Это был еще один вопрос, который никак не помогал узнать ее, а вот мои секреты раскрывал сполна.

- Мы, кажется, договорились быть откровенными, - сказала она, в ее голосе слышались неодобрение и разочарование.

Как она так легко уклонялась от темы, даже не прилагая усилий?

Что ж, она хотела, чтобы я был честен, а весь этот разговор все равно не приведет ни к чему хорошему.

- Ладно, скажу, - ответил я, - я шел по твоему запаху.

Я хотел взглянуть на ее лицо, но боялся реакции, которую мог на нем увидеть. Вместо этого я прислушался к ее дыханию, которое резко стало чаще, но потом пришло в норму.

- Ты не ответил на мой первый вопрос… - напомнила она.

- На который?

- Как ты читаешь мысли? – спросила она, повторяя вопрос, заданный в ресторане, - Ты можешь читать мысли кого угодно и где угодно? А кто-нибудь из твоих родственников так умеет?...

Она внезапно оборвала себя и снова замолчала.

- Вообще-то это уже несколько вопросов, - сказал я.

Но она просто смотрела на меня и ждала ответов.

Отчего же не сказать ей? Она почти уже догадалась обо всем сама, а говорить именно об этом было гораздо проще, чем о том, что еще предстояло обсудить.

- Нет, так умею только я. И я не могу слышать всех и где угодно, мысли удобнее читать вблизи. Но чем знакомее «голос», тем с большего расстояния я могу его слышать. Но не более чем в радиусе нескольких миль, - я задумался над тем, как попонятнее объяснить ей это.