(не)желанный брак, или Космический приют для хищных растений

— Док сказал растирать тебя десять дней. Вот и терпи, детка.

Я скривилась, готовая пустить слезу.

— Ну, Калеб, миленький. Нормально же всё со мной. Сжалься, а?!

— Прости, детка, — он вскрыл бочонок, по комнате тут же расползлась вонь как от протухших яиц. — В вопросах твоего здоровья я непреклонен. Сказано две недели втирать эту дрянь, значит, будем делать. Лихорадка даёт сильные осложнения на суставы. С этим не шутят!

— Стоп, милый мой, — нахмурившись, я подняла указательный палец вверх. — Каких две недели? Ты же сказал десять дней.

— Подстраховаться не мешает, — он прищурился.

— Да, лишнее это...!

Покосившись на мазь, готова была разрыдаться. Невыносимый запах, чудовищный.

— И растирания, и на глаза пакетики с травой, — мужа мои жалобы не трогали нисколько. — Я ещё вычитал, что заварка тоже неплохо действует.

— Деспот! — прорычала в ответ.

— «Любящий и заботливый муж» — ты это хотела сказать, сердечко моё?

Наше пререкания прервал приближающийся звук мотора вездехода.

Кто-то подъехал к дому.

— Даллия! Девочка, отзовись, — голос мистера Петера я не узнать не могла.

Калеб лишь приподнял бровь, когда мужчина влетел в спальню.

Он замер, глядя на меня... на мужа... на банку в его руке.

— Тебе всё-таки всучили это одеяло! — выдохнул сосед. — До меня только утром дошло, чем болела Ненси. И я сразу сюда.

— Калеб Мортен, — муж поставил бочонок рядом с моей подушкой и протянул подполковнику руку.

— Уже знакомились, парень, — напомнил мистер Петер, но ладонь мужу подал.

— Примерно неделю назад приехал. Дали уже в бреду металась...

Подполковник сел на табуретку.

— Выпустили? — он снова упёрся в моего мужа взглядом.

— Почти, но всё по закону...— ответ Калеба звучал неоднозначно.

— Вот и хорошо, детали не моя забота. Но внешность, парень?

— Хм, — муж уважительно закивал. Кажется, подполковник сразу смекнул, что к чему. — Тот Калеб Мортен был блондином.

Услышав такое, я только покачала головой.

— Петер, — послышался из коридора голос соседки, — пожалуйста, скажи мне, что не опоздали. Скажи, что девочка жива.

— Живая я, — чуть хрипло прокричала ей, и тут же закашлялась.

Миссис Ненси несмело вошла в комнату. Вид у неё был плачевный. Волосы спутаны, кожа бледная, глаза красные...

— Удержать в постели не смог, — словно оправдываясь пробормотал мистер Петер. — Одеяло уничтожить нужно. С госпиталя оно.