( Не ) пара для губернатора

Потом тряхнула головой, твёрдо пообещав себе, что такое никогда во мне не будет.

Он рассмеялся и повернулся вокруг себя.

— Ты можешь любоваться мной, сколько тебе вздумается, — произнёс он и поднял руки, как будто сдавался.

Меня ж прям как ошпарили и я очнулась, подорвавшись на месте.

— Вот ещё чего! — буркнула я, — как ты сюда попал?! — процедила я, злясь в первую очередь на саму себя, как моё тело реагировало на него, тело — предатель, совсем не хотело слушать голос разума, слабея в коленях.

— Всё очень просто, наши каюты с тобой смежные, в твою есть проход в мою и наоборот, — его взгляд темнел с каждой секундой.

Так и знала, ну не может быть всё так просто и легко с привыкшим играть в политические игры губернатором.

— И? — я не понимала, пусть даже и так, я уже соображала, как я могу обезопасить себя на ночь, и чем можно забаррикадировать проход.

— У меня нет душа в каюте, предполагалось, что моя будет как кабинет, а ту, что заняла ты спальня.

Он подошёл ближе. Опасно. Я, забывшись, рукой указала ему на дверь, обнажив ненароком грудь.

— Выйди! — скомандовала я.

— И не подумаю, этот душ такой же твой, как и мой, — возразил он.

— Тогда уйду я, — и было развернулась.

— Ты не смыла гель, — глухо проговорил Беркутов, скользя по моей коже взглядом как руками.

— Что? — переспросила я.

Ваня не дал уйти. Его взгляд окончательно потемнел, и он сделал в мою сторону шаг. Его кожа буквально пылала. Я даже не сразу сообразила, что оказалась зажатой между холодным кафелем и его горячим телом.

— А ты любишь пожёстче, м, девочка? — прошептал он, стягивая волосы в пучок, потянув на себя, повернул голову так, что я видела его в полуобороте, я чувствовала ягодицами, что его член пульсирует с бешеной силой, наливаясь сильнее, становясь каменным.

Его губы жёстко впились в мои, грубо, по-хозяйски раздвинув их, в рот ворвался его горячий язык. Я не успела ничего сделать и отразить атаку. А то, что сейчас происходило действительно было похоже на бой. На шторм неприступной крепости.

Попробовала отбиться руками, но он легко завёл их за спину, удерживая одной ладонью, всё так же прижимая меня к стене.

— Врагу не сдаётся наш гордый варяг, — пропищала я и тут же охнула, когда его ладонь легла на грудь, а пальцы оттянули сосок на той узко-опасной грани, где ещё не больно, но удовольствие уже остро.