(Не) люби меня

Но это ничуть не польстило мне, а наоборот, испугало. Это означало, что на крепость моей чести начата новая атака, и я не представляла, чего дальше ожидать от противника. Если оскорбления наследного принца были предсказуемы, то король уже доказал, что умеет удивлять.

Я поманила служанку, и та подошла, кланяясь.

— Мне плохо, хочу уйти, — сказала я, поднимаясь из-за стола. — Можешь передать королеве, что сегодня я больше не выйду, пусть хоть тащат меня в зал из постели, голой.

Служанка вытаращилась на меня, но я почти бегом пересекла зал, под удивленными взглядами придворных, и поспешила в свою спальню.

— Куда это ты? — набросилась она на меня. — Разве тебе давали разрешение уходить со свадьбы моей дочери?"

"Вместо ответа я толкнула ее ладонью в грудь и схватилась за дверную ручку.

Сейчас я хотела только одного — спрятаться в своей ненавистной клетке, запереться изнутри, но моя свекровь, всегда жаловавшаяся на старость и немощь, навалилась на дверь с такой силой, что я не могла сдвинуть ее с места.

Несколько секунд мы боролись, но прозвучавший позади властный голос заставил нас отпрянуть друг от друга.

— Оставьте ее, леди Бригитта, — к нам подошел король. Он снял маску и платок, и теперь не узнать его было невозможно.

Моя свекровь поклонилась и попятилась.

— Доброго вечера, сир, — сказала она, как ни в чем не бывало, и исчезла в темноте.

Я потянула дверную ручку, но передумала и осталась стоять в коридоре.

— Вы убежали со свадьбы, — сказал король, — но и в свою комнату не хотите заходить? Как загадочно.

— Я хотела бы зайти туда одна, — сказала я, не глядя на него, — и сделаю это, как только вы уйдете.

— Принц говорил с вами. Он чем-то вас огорчил?

Пожаловаться отцу на сына? Чтобы он еще раз ударил его? Или отругал, что нельзя называть меня королевской шлюхой, потому что я еще ею не стала? А когда стану — тогда будет можно…

— Причина моих огорчений — вы, — сказала я. — И причина моих несчастий тоже.

— Я развлекал вас, — поправил он мягко.

— К чему все это? — я по-прежнему не заходила в спальню, опасаясь, что это будет принято королем, как приглашение. — Что за игры вы со мной ведете?

— Это не игры, — сказал он, прислонившись плечом к стене. — Вы представляете меня чудовищем…

— Вы и есть чудовище.

— А я стараюсь убедить вас, что это не так. Я ухаживаю за вами, Диана.