(Не) люби меня

Бедный Дидье думал, что я ничего не знаю, и я делала вид, что мне не известно, хотя весь двор знал об их связи. Но однажды леди Сибилла позволила себе заговорить со мной… несколько развязно. И мой муж сразу поставил ее на место, и больше не приходил к ней. Он умеет быть верным. Не сомневайтесь.

— Зачем вы все это мне говорите? — спросила я, чувствуя себя так, словно падаю в пропасть и все никак не достигну дна.

— Я забочусь о нашей стране, — ответила королева просто. — Вы не знаете, как тяжела война.

Когда погибают сыновья. Я не хочу, чтобы снова началась война, а мир может сохранить лишь Дидье. Конечно, я мечтаю, чтобы со временем мой сын надел корону и вошел в историю, но я не уверена, что он будет хорошим правителем. Характер у него, к сожалению, мой, а не отцовский. И он сам это понимает, и не желает оспаривать власть у отца. А вы…

Она замолчала и повернулась ко мне, заставив сесть рядом с ней на постель и взяв мою руку в свои. Все это походило на какой-то жертвенный ритуал — вот так барашка гладят, нашептывают ему ласково, а потом в один миг перерезают горло.

Королева молчала, и я молчала тоже, не осмеливаясь говорить. Сердце мое колотилось быстро и неровно, и сейчас я всей душой жалела, что согласилась на эту поездку.

В монастыре было тихо, как в склепе. И я боялась дышать, потому что мое взволнованное дыхание прозвучало бы слишком громко в этой маленькой келье.

Ее величество нарушила тишину первой.

— Он любит вас, — сказала она просто.

 — И он несчастен. Я приехала просить вас осчастливить его.

— Вы просите меня?.. — я все же достигла дна пропасти, и падение было таким болезненным, что я не могла до конца осознать смысл услышанного.

— Я прошу вас ответить на любовь короля, — сказала королева спокойно и легонько встряхнула мою руку. — Именно для этого я и приехала.

— Вы… вы…

— Мне всё известно, бедное дитя. Я поняла всё, едва увидела его после возвращения из вашего замка. Это… это было как проклятье.

Знаете, весной гроза лишь освежит листву, добавит силы и бодрости. А гроза поздней осенью сорвет последние листья, прольется дождем и скует деревья ледяной коркой. Осенняя гроза — страшна. Так и страсть — она освежает только в молодости, а в зрелом возрасте — опасна. Сейчас наш король погибает. И если вы не уступите…

Я слушала ее и не верила тому, что слышу. Но последние слова потрясли меня еще больше:

— Уступить? О чем вы?! — воскликнула я.