( Не )фиктивная жена для миллионера

А секс с тобой был приятным бонусом. Трахать твою девственную дырочку было истинным удовольс…

Я прикусила щёку внутри и вдарила ему со всей силы по щеке, даже не подумав о последствиях, что он может меня одной левой прибить так, что места мокрого не останется.

Но он ничего не сделал, оставшись нависать надо мной мрачным изваянием. Я встала и, оттолкнув его, вышла из кабинета.

Вслед мне летели его слова, которые, как мне показалось, были произнесены с едкой горечью:

— Беги от меня как можно дальше, девочка…

Глава 41

от лица Кати

На следующее утро, приведя себя в порядок, выглянула одним глазком в коридор.

Я бы вообще не выходила из комнаты, будь моя воля. До исполнения контракта уж точно. Но я работала, а в данный момент ещё и хотела есть. Не хотела его видеть, встречаться.

Надо было что-то делать с работой после контракта. Искать новую. Успела привыкнуть к людям. Придётся съехать из дома, к которому тоже успела привыкнуть. И придётся отвыкать от Акулова, которому я так вчера опрометчиво хотела признаться в том, что чувствую.

Вот дура! Для такого прожжённого мужика мои признания ничего не значат… Наверное, это выглядело смешно. Кто я для него, он обозначил вчера…

Я мрачно вздохнула и прошмыгнула к лестнице, прислушиваясь к звукам, доносившимся из столовой залы. Вроде тихо. А надо бы, чтобы, было громко? Например, чтобы Акулов чавкал на весь дом?

Я мрачно хмыкнула, представив себе такую картину.

Поем на работе. И только я так подумала и уже было развернулась, чтобы вернуться в свою комнату, как тут же смачно врезалась в тело, а вернее, в мощную грудь Акулова.

В голове пронеслись все знакомые ругательства разом. Пришлось встретиться взглядом.

— Рад, что ты в добром здравии, — произнёс он, слова ничего не значили, надо было видеть его лицо, босс был явно озадачен.

— А что, мне надо было надеть вретище и посыпать себя пеплом? — хмыкнула я.

— Вот что у тебя за язык, Волкова… — цокнул на меня Акулов.

Затем он как будто замешкался.

Не поднимал глаз из-под пушистых чёрных ресниц, которые сейчас задрожали.

— Я вчера немного погорячился… — начал было он.

— Немного?! — возмутилась я, уперев руки в боки.

— Много… — запнулся он.

— Признайтесь, что вчера вы были мудаком.

— Ты, Волкова, говори, да не заговаривайся. Я вчера перегнул палку. Но тем лучше для тебя. Зато теперь никаких иллюзий, м, Волкова?

Я не знала, что он хотел услышать от меня или увидеть в моих глазах. Он что-то ждал.