На нее запрет. Дочка Шаха (СИ)

Так и вертится на языке: «Сергей Эдуардович, не старайтесь, на меня ваши улыбочки не действуют, вы только зря тратите со мной время». В это время доктор продолжает меня обольщать, не замечая приближающегося Бессонова: - Мне будет приятно провести в твоем обществе несколько лишних минут.

- Добрый вечер, - останавливается прямо напротив нас Лева. От его голоса волоски на руках поднимаются. Ничего «доброго» в его тоне нет."

"- Добрый. Мы знакомы? - сузив глаза, будто это поможет скорее понять, кто перед ним стоит.

- Нет, - холодно отвечает Бессонов, но тут же добавляет. – Руку убери, - указывает взглядом.

Сергей под действием этого взгляда отпускает мой локоть. Во мне вскипает злость на Леву. Так себя ведет папа. Он способен одним взглядом поставить человека в неловкую ситуацию. Мои одноклассники, да и не только одноклассники, только при одном появлении папы начинали вести себя так, словно всю жизнь были послушными образцовыми детьми. Папу я люблю и уважаю, а Бессонову я не давала права себя так вести.

- Камилла, иди в машину, - тон Левы смягчается, когда он обращается ко мне, но это не гасит тот пожар ярости, который он разжег своим поведением.

- Извини, - стараясь держать лицо, произносит Сергей Эдуардович.

Они практически одного роста, Лева сантиметров на пять выше.

- Я просто предложил подвести Камиллу, я давно знаком с ее семье… - начинает оправдываться, но тут же спотыкается, чем вызывает усмешку на губах Левы.

Он смотрит на доктора, словно на таракана. А перед тараканами Бессонов объясняться не станет.

- Сергей Эдуардович, Лева – старший брат Кирилла Бессонова, - одной этой фразой я оправдываю и объясняю поведения Левы. Ловлю на себе взгляд Бессонова, но мне некогда угадывать, что он означает.