На нее запрет. Дочка Шаха (СИ)

Завтра я подготовлюсь к занятиям с малышами, а сегодня приходилось импровизировать. Маленькие энерджайзеры были довольны нашим общением, в конце дня они не хотели меня отпускать. Я валилась с ног от усталости, а впереди еще дорога домой… с пересадками.

- Камилла, я подброшу тебя до метро, подожди меня несколько минут, - предложил Сергей Эдуардович, когда я покидала отделение. Мы практически не пересекались весь день, я даже забыла о своих утренних подозрениях.

- Не нужно, я сама доеду, - попыталась смягчить отказ вежливой улыбкой.

- Это не обсуждается, ты и так весь день на ногах, - не слушая дальше возражений, он направился в свой кабинет.

Обдумывая, как все-таки отделать от его предложения, вышла на крыльцо. Первое, что бросилось в глаза – машина Левы…

Глава 16

Камилла

Я почувствовала, что Бессонов меня увидел раньше, чем он вышел из машины. На коже осталось ощущение его взгляда. Обычно я не теряюсь, веду себя уверено, но тут мне захотелось отступить, спрятаться за стенами клиники. Волнение зашкаливало.

Он притягивал к себе взгляды прохожих. Высокий красивый парень, спортивного телосложения на дорогой тачке. Ничего кричащего в его внешности нет: белая футболка подчеркивающая ширину плеч, джинсы, которые сидят на нем круче, чем на моделях в модных журналах.

- Ну, идем? – подхватывает меня под локоток Сергей Эдуардович. Я совсем забыла, что он обещал меня подвезти, а я вместо того, чтобы придумать причину, почему не хочу ехать с ним, стояла тут и рассматривала Бессонова.

Вот что со мной не так? Не билась вроде головой, когда падала со скутера!

Бессонов при появлении доктора и его немного фамильярном обращении напрягается Такое ощущение, что в воздухе стало слишком много озона, так бывает перед грозой. Губы Бессонова вытягиваются жесткой линией, взгляд, как у хищника перед нападением, но при этом на его лице играет ухмылка, от которой по коже проходится озноб, оставляя на коже ледяную острую крошку.

- Сергей Эдуардович, спасибо за предложение подвезти, но не нужно…

- Камилла, даже слушать ничего не буду, - не дослушав, начинает он: - Тебе нужно поберечь ногу, - обольстительно улыбнувшись.