Мужчина моей судьбы (СИ)

Упрямый, принципиальный, жесткий, привыкший сам принимать решения и нести за них ответственность, человек чести… Он отличался от всех мужчин, с которыми я раньше общалась, абсолютно не походил на идеал, когда-то нарисованный моим воображением, но кроме него меня никто не интересовал. Теперь я это точно знала.

Надеюсь, я Рэму тоже нужна. Вряд ли он так самозабвенно целовал бы женщину, которая ему безразлична. Я, может, и дурында, как утверждает Йор, но не круглая же. И не безнадежная. Страсть от равнодушия отличить умею.

«Дарену… не отдам», — дальним эхом отозвалось в памяти, и я досадливо поморщилась. Если бы люди герцога не помешали, не откликнулись так быстро, не пришли… Впрочем, тогда они и не были бы его людьми — лучшим и самым сильным боевым крылом Намарры.

Они сразу поняли, что творится неладное. Саллер, отчаянно старался достучаться до фрейра, тот молчал, и тогда Рэм начал взламывать защиту Хауддана. Упорно, настойчиво, задействовав все доступные ему ресурсы. То есть не только собственные силы, но и часть общего резерва крыла.

Петька пытался их остановить, но безрезультатно. После происшествия с онижской звездой, когда герцог чуть не погиб, на его людей не действовали никакие объяснения.

"А там я — полуодетая… Рэм — полураздетый… и больше никого. Супруг-то у входа дежурит, отгоняет любопытных. В общем, картина маслом: муж, жена и любовник под кроватью, вернее, в нашем случае, жена, любовник и муж на стреме. Одним словом, высокие отношения. Прошедшие огонь и воду сослуживцы Саллера подобного точно никогда не видели, это же не закаленные интернетом земляне.

Представила себе сцену — ошарашенные лица Вильма и Дильфора, Рэм, заявляющий: «Спасибо, друзья, но я и сам справлюсь», — нервно хихикнула.

— Мири, может, все-таки потом продолжим?

Герцогу явно не нравилось мое не совсем адекватное поведение.

— Нет-нет! Я готова.

Вдохнула… Выдохнула… И начала рассказывать. О пропавших перчатках, странном недомогании, появлении змея, словах Йора.