Муж на сдачу

Энгель, мельком, слышал, что собой представляет родитель Гвинет, поэтому понимал — вернуться под его опеку женщина не хотела бы и под страхом смерти. С беременностью всё несколько иначе, но тоже не радужно для графини — несомненно, император не оставит графство и наследника без присмотра, а это значит, что по достижении наследником трех лет, назначит графине нового мужа и воспитателя для её сына. По правилам, дитя забирают с женской половины в три года, и дальше он растёт только в мужском окружении.

И что он имеет? А ничего хорошего!

Противник, несомненно, маг, но в замке сейчас единственный посторонний маг — советник.

Вернулся к тому, от чего ушёл.

Усталость навалилась с новой силой, барон потёр лицо, разгоняя кровь, но веки отяжелели, тело просило отдыха.

Ладно, сегодня он, так и так, ни до чего не додумается. Надо лечь поспать, а утром, с новыми силами, он возьмётся за решение этой загадки вплотную.

Слова доносились, будто издали или через толстое-толстое одеяло.

— Голову приподнимите!

— И ноги, ноги повыше!

— Что же, Её Сиятельство, лодочкой будет лежать?

— Если для пользы, то не только лодочкой, но и ковшиком, и даже тазиком!

— Тш-ш-ш! Не шумите! Графиня приходит в себя.

Гвинет почувствовала, как на лоб ей опустилась прохладная влажная ткань.

— Ваше Сиятельство, вы меня слышите? — голос Цилена.

Женщина разлепила веки — она в той же комнате, где проходил магический осмотр, над ней встревоженные лица обоих целителей, неподалёку маячат служанки и памятником самому себе застыл советник императора. А, нет, рядом с ним соляным столбом по степени подвижности и цвету, замер опекун.

Гвинет глубоко вздохнула и попробовала сесть, но подушки, подложенные под её ноги, этого не позволили.

— Миледи, подождите, не спешите вставать, — посоветовал Визар.

Но вашему здоровью и здоровью детей ничего не угрожает.

— Простите, миледи, — покаянно добавил Цилен, — мы не подумали, что известие о тройне будет для вас не меньшим потрясением, чем для нас. Надо было подготовить вас, а не говорить в лоб.

— Ничего, — вяло махнула рукой Гвинет, — главное, что малыши здоровы.