Моя нелюбимая девочка (СИ)

“Работаешь?”

“Холодно”.

Таак, поиграть со мной решила. Ерзаю на кровати, пишу сообщение, стираю и все по новой.

“Опять с детьми сидишь?”

“Холодно”.

Ну хорошо. Тогда самое простое.

“Отдыхаешь?”

Синие галочки появляются моментально, но с ответом она почему-то не торопится.

“Тепло”.

“Читаешь?”

Вспоминаю, что она любит это делать и за две недели нашего романа, я видел в ее сумке книги, которые она всегда берет с собой. Меня всегда поражало, как она еще и читать успевает.

“Тепло”.

Игра, в которую она играет, затягивает.

На снимке раскрытая книга на фоне пенистой ванны и свечей, расставленных у стены и на широких бортиках. Нервно сглатываю, замечая ее длинные пальцы, удерживающие книгу.

“Ванну принимаешь?”

“Горячо”.

Кровь закипает, бурлит и несется по венам с бешеной скоростью. Ирада добивает меня новым снимком: голые коленки - бронзовые от золотистого свечения и влажные от воды.

“Себя покажи”, - требовательно прошу и застываю в ожидании.

“Холодно, Аслан”, - впервые имя мое пишет. - “На сегодня хватит”.

Провоцирует, маленькая зараза.

“Так нечестно”, - отправляю с красным разъяренным смайлом. - “Сказала “А”, говори и “Б”.

“Слишком много букв”, - приходит от нее.

“Я хочу большего”."

"“Много хочешь, мало получишь”.

Горло дерет от сухости, в комнате, где горит лишь один настенный светильник с моей стороны кровати, становится жарко. Или это у меня в жилах кипит кровь от ее игры в холодно-горячо.

“Еще одно фото”.

Молчит пять секунд, десять, двадцать…минуту. Нервничаю, сажусь на кровати и сняв белую футболку, бросаю ее на кресло у окна. Когда телефон громко пищит, молниеносно хватаю его и включаю. Прокручиваю вниз и нажимаю на снимок.

“Ладно”, - пишет она и следом кидает фото, на котором она сидит спиной камере. Обнаженная, идеальная, с капельками блестящей воды - я помню, как когда-то целовал ее и проводил пальцами по выпирающим позвонкам.