Мой любимый охотник (СИ)

Слегка заглянула под плед, чтобы удостовериться, что всё действительно так, как мне кажется.

Чёрт! Чёрт!

Да я же совершенно голая! Дёрнув плед обратно, я резко села, прижав колени к груди, обхватив их руками. Вот теперь мне было реально страшно. И хотелось плевать на все советы и нравоучения, когда тебя так колотит изнутри. Забиться в любой тёмный угол, трясясь от страха и залить всё вокруг слезами, да так, чтобы даже воздух вокруг отсырел. Но это была непозволительная роскошь. А сейчас нужно вывернуть себя наизнанку, но взять в руки.

— Где я? — это всё, что я смогла из себя выдавить хриплым голосом, хотя в голове крутился миллион вопросов.

Блондин с кудрявыми волосами двинулся вперед и присел рядом с моим диваном. Хоть он и смотрел на меня снизу-вверх, но ощущала себя очень маленькой и уязвимой в компании такого количества мышц.

— Кто тебя прислал? — спросил он медленно и осторожно, стараясь, видимо, меня не напугать. Это было бесполезно — меня уже начало трясти, как в жуткой лихорадке.

Я поняла, что они не собираются отвечать на мой вопрос. В нос ударил запах апельсинов, исходящий от этого парня. На кой чёрт мне вообще, как он пахнет? Но аромат насыщенного цитруса невозможно было не заметить. В какой-то момент мне даже показалось, что моё обоняние обострилось. Всё вокруг имело свой характерный запах, на который я раньше не обращала внимание. Блондин продолжал пристально за мной наблюдать. Его глаза, цвета жжёного сена, отдавали золотом. Это вообще возможно?

— Эй, Сокол, ты действительно думаешь, что она тебе так всё и расскажет?

Блондин поднялся и сел на кресло недалеко от меня.

Другой парень, с каштановыми волосами, тоже подошел ближе и встал около Сокола. На нем была обычная футболка, которая не скрывала его кубики пресса, а руки до локтей были покрыты тату, хаотичными рисунками, их было больше, чем у блондина.

— Мы не причиним тебя вреда, — как можно спокойнее сказал он, сверля своими карими глазами. — Как тебя зовут?

Конечно верить каждому слову незнакомца было глупо, но то время, что я находилась в сознании, никто не пытался на меня напасть или унизить. Но не стоит отвергать версию, что всё это они уже сделали, до моей отключки.