Миф об идеальном мужчине

Никогда в жизни он еще так не спешил, боясь, что весь его опыт и самообладание подведут его.

Но и она спешила, он точно знал и чувствовал это, он не мог ошибиться. Она рвалась вперед так же самозабвенно, как и он, и не было на свете ничего лучшего, чем сознание этого.

* * *Составив кулачки – один на другой – и пристроив их под подбородок, она лежала на нем и смотрела ему в лицо. Глаза у нее сияли.

Он пребывал в совершенном блаженном покое и в полном согласии с самим собой.

Клавдия хихикнула.

– Ты чего? – спросил он. Говорить ему не хотелось. Так хорошо было лежать, чувствуя ее во всю длину и остывая от недавнего штурма.

– У тебя потрясающе глупое выражение лица.

– Я не могу сейчас сделать его умным, – сказал он. – На это требуются силы, которых у меня нет.

Широкая, жесткая ладонь легла ей на попку и слегка ее сдавила. Клавдия моментально покраснела. Он понял это, даже не открывая глаз. Странное дело – ему, оказывается, очень нравилось ее смущать.

– Как это у нас вышло? – спросила она, и Андрей почувствовал, как шевелятся у него на груди ее волосы. – А, Андрюш? Как?

– А почему у нас могло… не выйти? – спросил он и засмеялся, потому что она опять смутилась. – Ты что? Сомневалась в моих способностях?

Она шлепнула его по бедру.

– Ну… мы же не собирались… – Она сбилась и замолчала, и он открыл глаза, серые, сытые и ленивые, как у кота. Она собралась с духом и продолжала: – И ты… никогда… даже когда мы молодые были… А я…

– А ты? – спросил он нежно.

Она разрушила свою пирамиду из кулачков, уткнулась мордочкой ему в подмышку и вцепилась в его руку, свободную от ее попки.

– Тебе доставляет удовольствие меня смущать? – почти сердито спросила она из-под мышки.

– Огромное, – признался он честно. – Гигантское. Почему, черт побери, он водил к себе совершенно чужих, не нужных ему девиц, вроде этой… как ее… Галки, и женился на Жанне, и валандался с ней, пока тихое бешенство не стало его ежедневным состоянием, и ни разу в жизни даже не подумал о Клавдии, которая была рядом?! Стоило только протянуть руку.

"Я мог бы прожить с ней жизнь, вдруг понял он совершенно отчетливо.