Мара

Она подглядела однажды, как Горас с Берти подсчитывают денежки после вечернего представления: они оставляли себе гораздо больше, чем платили другим.

К тому же если бы не Мара и ее танцы, у Гораса уже давным-давно перестали бы покупать эликсир. Почему же у нее до сих пор нет жалованья? Это несправедливо! Берти загрузила ее работой настолько, что у Мары даже нет времени, чтобы посидеть помечтать. Сегодня ей удалось вырваться только потому, что Берти отвлек своим появлением какой-то старый приятель Гораса.

Мара развешивала на веревке белье, как вдруг к ней подошел незнакомец.

— Я разыскиваю Гораса Перкинса, — сказал он, снимая панаму и вытирая ладонью пот со лба. Он был одет в льняной полосатый костюм — такие носили все богатые фермеры в округе, — но ботинки и галстук выдавали в нем городского жителя. — Я видел афишу на парикмахерской и решил, что Горас должен быть где-то здесь поблизости.

— Он вон там, — Мара показала рукой на фургон.

— Очень признателен вам, мисс, — сказал он, но ушел почему-то не сразу.

— Нет, я работаю у него и у Берти.

— Что ж, вы очень милая молодая леди. — Он широко улыбнулся. — Вы раньше тоже работали в цирке?

— В цирке?

— Ну да. Вы достаточно хороши собой, чтобы выступать.

От этих слов у Мары перехватило дыхание.

— А вы сами из цирка? — спросила она.

— Я антрепренер Брадфорд-цирка. К вашим услугам.

— Антерпенер? А что это значит?

— Ант-ре-пре-нер. Это самый главный человек в цирке. — Он был, кажется, несколько удивлен ее вопросом.

— А также самый главный виртуоз-мошенник! — рассмеялся неожиданно появившийся Горас. — Как дела, Чарли?

Приятели обнялись, хохоча и похлопывая друг друга по плечу. Мара же сгорала от любопытства.

— Но что антрепренер делает в цирке? — не выдержала она.

— Ну, я приезжаю в город на несколько дней раньше, чем труппа, чтобы удостовериться, что все готово к нашим гастролям, даю рекламу в местные газеты и, если надо, интервью. Я плачу за что надо денежки и нанимаю мальчишек расклеивать афиши, — он подмигнул Горасу.

Горас засмеялся, и они оба пустились в воспоминания о прошлом — разных историй о том, как цирковые артисты надули полицию или местные власти. «Ну совсем как цыгане», — с удивлением подумала Мара.

Заметив интерес, с которым девушка слушает их рассказы, Чарли сказал:"

"— Слушай, крошка, а у меня ведь есть для тебя подарок. Я вез его домой своей крошке, но у нее уже есть сотни таких.