Мара

 — Мистер Сэм что, хочет предложить этой самой Рози Рашмор контракт? Но почему? Зачем ему два женских сольных номера… — и тут до Мары наконец дошло. — Ах, он негодяй! Он что, ей и вагон мой тоже хочет отдать?!

Кланки отвела глаза:

— Видишь ли, никто не станет держать тебя здесь просто так, — пробормотала она. — Даже жены артистов, колесящие вместе с мужьями, обязаны что-то делать в цирке.

У Мары от гнева раздулись ноздри.

— Ну, это мы еще посмотрим! — прошипела она и бросилась в спальню к своему гардеробу. Все вещи показались ей чересчур яркими и броскими.

У Мары не было ни одного черного платья, только темно-синее с белым матросским воротником, юбкой в складку и кораллового цвета шарфиком. Именно его Мара и выбрала и кинула на кровать.

Впервые за эти недели она по-настоящему взглянула на себя в зеркало. Ее кожа по цвету напоминала воск, давно не мытые волосы свалялись и висели жуткими сосульками.

— Попроси Лобо принести мне из столовой лимон! — крикнула Мара Кланки. — Я хочу подкрасить волосы… и попроси его подогнать машину! А то я боюсь перепачкать туфли…

Кланки поспешила на поиски Лобо, а Мара нашла тем временем в гардеробе чулки и пару темно-синих туфель.

Через час, уже с вымытой и высушенной полотенцем головой, приняв ванну и нанеся легкий макияж, Мара впервые за долгое время надела платье. Но волосы не радовали ее, хотя они стали чистыми и блестящими.

— Подожди-ка, я тут видела портрет Рут Эттинг в последнем журнале «Мода», — говорила суетившаяся подле нее Кланки. — Я даже вырезала — мне показалось, тебе пойдет такая прическа, как у нее.

Конечно, длинные волосы нужны тебе для выступлений, но, наверное, можно что-нибудь придумать? Пусть по краям будет коротко — как это сейчас модно, а сзади оставим длинные волосы… — После короткой паузы Кланки добавила: — У Рози короткая стрижка, прямо буби-копф — под мальчика. Мне, честно говоря, не нравится, хотя я признаю, что она хорошенькая.

— Хорошенькая?! — процедила Мара сквозь зубы. — Ну, я покажу ей, этой хорошенькой! — Она ринулась к зеркалу.

 — Давай стриги! Только сзади оставь длинные.

Кланки умело навивала на пальцы пряди волос подруги и аккуратно их подстригала. Когда дело было сделано, Кланки окинула Мару довольным взглядом:

— Знаешь, теперь тебе на вид не больше шестнадцати."

"Мара, которая оглядывала себя в зеркало, не могла с ней не согласиться. Но приступ тоски неожиданно подкатил к сердцу. Зачем ей быть красивой, если Джейм все равно никогда ее больше не увидит?..