Малец

Так с тех какой спрос? На все яркое кидаются, чего у Фрола как раз не отнять — яйцом с тетеревиным маслом поверхность выпечки кроет, а вот когда распробуют, уже только от Лукерьи берут.

— Здравия вам, бабоньки, — поздоровалась она с немногочисленными соседками по бизнесу, затаскивая санки с ящиком на свой торговый пятачок, — и чтобы от покупателей сегодня было не протолкнуться. — Продолжала она притягивать удачу.

А как же, удача в торговом деле как бы не главное, не раз так бывало, и пирогов вдосталь и народу на торге полно, а не берут треклятые, хоть елеем мажь.

— И тебе здоровьишка, хозяйка, — за всех отозвалась Бельчиха, — много сегодня напекла?

Лукерья только хитро улыбнулась, это соседка так шутить изволит, да кто же из торговцев в здравой памяти скажет, сколько у него товара, поэтому и ответ соответствующий:

— Да немного совсем, что от мужа успела отбить, да от детей спрятать.

Немудрена шутка, но торговки заулыбались.

— Эх, — картинно вздохнула Бельчиха, — от маво не отобьешь, все под чистую стрескат, хоть сколь будет.

Тут уж бабы рассмеялись в голос, да и не только бабы, их поддержали и мужики, коих в ряду было большинство, и вовсе не из-за прожорливости мужа, а как раз наоборот. Все знали, насколько прижимист мужик у торговки, да он скорее с голодухи загнется, чем позволит себе хоть кусочек от покупателя оторвать. В это время он, так же как и его жена, где-то здесь на торгу, только в отличие от нее горячий сбитень всем предлагает, хоть и не часто люди этот напиток берут, но все ж в семью копейка.

— Так в чем задачка-то, — отбила подачу Лукерья, — подрежь ему пояс покороче, что бы потуже затягивал, вот много и не влезет."

"Но тут наметившуюся «перепалку» пришлось прекратить — к их «калашному» ряду подтянулись покупатели. Торговки сразу включили голосовую рекламу товара, и торговый пятачок потонул в многоголосице, мужикам только и оставалось, что проявлять терпение, потому как их голоса на фоне женских совсем не котировались. Лукерья в «хор» не включилась, не успела еще разложиться, и тем приятнее было, что около нее остановились сразу два покупателя, ожидая, когда торговка обустроится на месте.

— Эх, везет тебе, — завистливо вздохнула Бельчиха, глядя в спины покупателей, уходивших с торга с пирогами соседки, — так до полдня расторгуешься, а мне тут до конца сидеть, и хоть бы глянули на мои баранки.

— Глянут еще, — усмехнулась Лукерья, — и не только глянут, твои баранки с полдня брать начнут. Сама же знаешь.