Малец

— Так, тож с фитилем, — сплюнул тот, — пока запалишь…

— Это да, — нервно хохотнул подъехавший Архип, — тут нужны кремневые замки.

Вот вроде бы только что пусто было на дороге, только сиротливо стояли брошенные сани с лошадьми, а миг и ото всюду повылезал народ. Архип и поглядел в сторону татарина, завалившегося навзничь со стрелой в груди:

— Смотри-ка, на самом деле попал, а я думал, малец просто прихвастнуть решил.

— Так это Васька его упокоил? — Удивился сотник.

— Ага, десятка три саженей до него было, тут и пешему-то не попасть, а он с коня.

— Вот тебе и малец, — хмыкнул Любим, — так это получается, стрельнул на удачу, а мне жизнь сохранил?

— Выходит так, — подтвердил Архип, — а чего по другим вдогон не стрельнул, хотя ему кричали, молчит.

— Правильно, что не стал, снесло б стрелу, все равно бы не попал.

Долго отдыхать не стали, как только схлынуло нервное напряжение от боя, так сразу снова зарядили в дорогу.

— Ну вот, — усмехался Андрей глядя на Ваську, — а ты говорил, что из татар воины добрые.

— Так тут мы их сходу сделали, — возражал тот, — да и не знали они сколько нас в самом деле, поэтому и подались в бега, а то бы кисло пришлось. Схватились бы за луки, да коней посекли, чего бы тогда делали?

Андрей задумался, правильно малец говорит, ежели б татары за луки взялись, то еще неизвестно как бы оно повернулось.

— Так ты думаешь, сотник зря сходу на татар полез?

Васька пожал плечами:

— В военном деле не бывает верных решений, неверные бывают, а вот верных, нет.

— Как это, — хохотнул Андрей, — ну тут-то ты уже точно брешешь.

— Вот почему сразу «Брешешь»? — Малец сделал вид, что обиделся. — Ты знаешь про победу Эпира Пирр?

— Опять что-то из старины?

— Ага, будет время, расскажу.

На подходе к Москве путникам стало несладко, приходилось постоянно обходить длинные обозы перемешивая потяжелевший снег на полях и уступать дорогу боярским выездам.

— Никак что-то затевается в Москве, — сделал предположение Петр.

— Вряд ли, — спокойно ответил ему Любим, — перед оттепелью всегда так, на днях припечет и снег с дороги частью сойдет, начнут обочинами пробираться, а еще седмицы две и кроме как конным по дороге не пройдешь.

* * *Что сказать о нашем путешествии? Да нечего говорить — дорога, дорога и еще раз дорога.