Малец

 — Ты серебра в Москве пуды взял, а теперь сиротой прикидываешься?

— Брал, брал серебро боярин, — продолжал свое представление купец, — да только моего там мало было, почти весь товар пайщиков был. Свой интерес не слишком большой получился, да и не в серебре он, в товарах. За дорого тот фарфор достался, не хотел больше за него браться, за малым в убыток не попал.

— Погоди, ты хочешь сказать, что выгоды от той торговли мало?

— Да какая там выгода, благодетель? — Пустил натуральную слезу торговец. — За товар три шкуры содрали, кабы не сервизы императорские совсем худо бы пришлось.

— А чего же дешево продавал? — Приподнял брови сотник. — Сказывали, на торге в три дня расторговался.

— Нельзя было дольше, и так на третий день приказчики из купеческой сотни рядом крутились, даже часть товара на реализацию другим пришлось отдать. Не губи, все что есть отдам.

— Да на кой мне твои товары? — Брезгливо сморщился Любим, к тому же от купца все отчетливей стало нести запахом мочи. — Ты лучше скажи сколько твой поставщик сможет еще того фарфора привезти?"

"— Привезти? — Купец замер, соображая, к чему относится этот вопрос, потом вроде как пришел к каким-то выводам, и в его глазах зажглась надежда.

Покидая дом купца Любим едва сдерживал свою радость. Получилось! Казне с этой торговли прибыток небольшой, да и то в Тобольске осядет, если как обычно с купеческим караваном везти. Стоило только серьезно поговорить с купцом и удалось подмять под себя торговлю фарфором, теперь надо серебро для выкупа собрать, да грамотку соответствующую выправить для беспрепятственного прохода Тобольской таможни.

Как только вымогатели покинули дом, Гандыба тяжело встал с колен, вытер трясущейся рукой со лба пот и плюнул вслед визитерам:

— Говоришь, «Фарфор только для тебя возить»? Привезу, благодетель, привезу. Только не дешево тебе это станет. — При этих словах торговец посмотрел на свои мокрые штаны и скривился, переживая позор. — Три шкуры с тебя сдеру.

* * *На сей раз охрана моего бренного тела сработала четко, не успели пришлые стрельцы взять меня за шиворот, как их тут же свалили в пыль. Угрозы тут же посыпавшиеся на казаков не произвели никакого эффекта:

— Кто такие? Чего надо? — Начали допрос казаки.

— Отряд сотника Любима Коровкова, по приказу боярина Ромодановского.

— Ты говори, да не заговаривайся, — приструнил говоруна казак, — боярин в Москве сидит, не мог он приказывать Ваську хватать.