Люби меня

Если бы я был подключен к медицинским аппаратам, то сейчас бы они выдали пронзительный писк, потому как у меня, мать вашу, неожиданно останавливается сердце.

– Смотри… – шепчет она. Я неосознанно реагирую чересчур буквально ­– смотрю. На ее губы смотрю. Сердце так резко запускается, что первый удар звучит внутри меня, словно гонг. Не просто оглушает. Вибрациями и эхом по всему организму точится. – Солнце. Книги. Музыка. Любовь. Мармелад.

– И что это значит? – выталкиваю хрипло, нарушая обет молчания, который зачем-то сам себе дал.

– Стой, стой… Остановись здесь, пожалуйста!

На автомате давлю на педаль тормоза. Соня пронизывает меня последним жгучим взглядом и выскакивает из тачки, буквально сразу же исчезая в темноте.

– А у Сонечки талант! – восклицает одна из ее подруг, поднимая бокал с оранжевым пойлом. – Заметили? Она способна обаять даже самого зловредного препода.

– У нее голос гипнотический. Я сама временами подвисаю, – поддерживает другая. – Про улыбку я вообще молчу!

– А как она глазками стреляет, м? – топит третья.

– Ой, ну хватит, – затыкает их раскрасневшаяся Соня.

Я, сука, яростно против, чтобы она кого-то там обвораживала. Не надо больше жертв. Я хочу быть единственным. Любовь-мармелад, блядь… Она не имеет права размазывать кого-то еще.

Только как сказать об этом ей?"

"Залипаю на Соне взглядом, и убрать его уже не могу. Охота схватить ее и унести с концами. Поэтому когда она, поймав меня в этом подвисшем состоянии, зовет площадку, с радостью соглашаюсь, а уж танцором диско меня даже по блату с натяжкой не обозвать.

– Спасибо, – выдыхает Соня мне в ухо, едва в толпе обнимаю ее.

– За что? – искренне не понимаю я.

Хотя я, сука, многое до сих пор не догоняю.

– За то, что ты делаешь. За то, что ты со мной. За весь этот день, Саш.

Чувствую, как стучит ее сердце. Отдаю себе отчет, что и она мое ощущает. Вместе они, как обычно, работают на предельных скоростях.

Соня слегка отклоняется. Вижу в тусклых красных лучах ее глаза, губы… И снова глаза.

– Я хочу быть с тобой всегда, – вещаю для самого себя неожиданно.

– Я с тобой тоже.

Вы когда-нибудь пьянели от слов? То, что между нами искрит так, что ослепляет, это уже воспринимается как данность. Но головокружение, вспышки удовольствия, бешеный огонь в крови, одуряющий хмель по разомлевшим мышцам и бесконечная эйфория в самом чувствительном месте за грудиной – все это до сих пор изумляет.