Кротовский, сколько можно? (СИ)

— Отступаем… отступаем… — повторяю запоздалый приказ, но собаки-ящеры… одним словом собащеры… кидаются наперерез, явно угадав мой замысел.

— Задержу, — рявкает Ныр и издает протяжный вой, вызывая собащеров на бой.

— Гама, прикрывай серого, — продолжая отступать к дому, убираю ружье и достаю клинок, сейчас от него толку будет больше.

«Пока не могу, — мысленно отвечает Гамлет, — Сначала курам пшена насыплю…»

«Каким курам?…» — поднимаю голову и понимаю, каким…

А ведь реально чем-то на куриц похожи… только размером со страусов… а крылья перепончатые, как у птеродактилей… два куродактиля летят на Гамлета подобно истребителям, идущим на таран.

Добежавший рептилоид едва не дотягивается когтями до моей груди, но получает клинком в глаз. Второму отсекаю голову.

— Прорываемся, — кричу, — Так не выстоять.

Все-таки мой клинок крут. Сечет как по подтаявшему маслу. И доспех мой крут. Хотя и теряет прочность с пугающей быстротой, но держит попытки рептилоидов вцепиться когтями и зубами.

Ныр тоже понимает, что против своры собащеров не спасет даже потрясающая регенерация. Оставляя на старом вздыбленном асфальте куски шкуры и проливая ручьи крови, волк пробивается ко мне. В паре спина к спине держать натиск немного легче.

Нам улыбнулась удача… вернее куродактилям оскалилась фирменная неудача от Гамлета. Получив заряд молнии вместе с проклятием смертельного невезения, летуны врезались друг в друга и свалились на землю.

Волк добежал первым и, встав на задние лапы, передними уперся в стену. Я забежал по его спине как по трапу и нырнул в оконный проем первого этажа, успев в последний миг упрятать Ныра в инвентарь.

Собащер, попытавшийся схватить его зубами за хвост, вхолостую клацнул зубами. Волк коварно испарился, переместившись в мой пространственный карман. Гамлет залетел за мной следом в лишенную стекла форточную рамку, продемонстрировав фигуру высшего пилотажа.

Нет времени глазеть по сторонам. Рептилоиды не дураки, найдут способ, как забраться на двухметровую высоту.