Отец моей подруги

Без сметающих волн и сносящих крыши ураганов.

Все как обычно. Потому что без нее.

Но так будет лучше. Для нее.

А на меня похуй.

Лиза

Я еле дождалась того дня, когда можно было заселиться в кампус.

С Крис мы не виделись с тех пор, как я улетела в Британию. Она упрашивала меня остаться, заливаясь слезами.

— Тебе же некуда ехать, Лиза, что ты делаешь? Зачем уезжаешь?

Но мы обе понимали, что так правильно. Что так будет лучше для всех.

— Я попробую взять кредит под залог тех денег, что оставили родители на учебу, — ответила я, успокаивая не столько подругу, сколько ее совесть.

Не могу отделаться от чувства, что Крис подозревает, будто я полетела к Марату. Потому и просила, чтобы я не уезжала.

Но это уже точно не моя проблема.

Я понятия не имею, куда он делся. Как и обещал, в разговоре с дочкой Марат сослался на срочные неотложные дела. И она поверила. Или сделала вид.

Марат прислал мне номер телефона своего юриста, чтобы я забрала ключи от квартиры, которую Хасанов арендовал для меня. Но туда я ни за что не поеду.

Я сто раз задавала себе вопрос, как бы я поступила, позови Марат меня на эту квартиру с собой. И сто раз ответ был один — да. С ним я бы поехала.

Вот только меня никто с собой не звал. Значит и делать мне там нечего.

Насчет кредита я Кристину не обманула. Еще после зачисления денег за первый год обучения я подала запрос на выплату остатка.

Я получила скидку от университета за высокий балл, а поскольку счет целевой, просто снять деньги я не могла. Мой запрос должен был быть рассмотрен на собрании акционеров банка, и мне вполне могли отказать.

Мне так посоветовал сделать юрист этого же банка. Оставалось дождаться решения собрания.

Сумма выходила небольшая, но мне она казалась просто огромной. Я могла бы спокойно дотянуть до начала учебного года.

А пока надо было как-то выживать.

С Кристиной мы попрощались вполне тепло, хоть и чувствовалось между нами напряжение и скованность.

Только я не хотела оправдываться.

Между нами с Маратом ничего не было, но исключительно по его инициативе. У меня сопротивляться не было бы ни желания, ни сил.

Поэтому Кристина имела полное право ревновать своего отца ко мне. Она боялась, что я перетяну на себя его внимание, и мне сложно было ее винить.

Но и делать вид, будто ничего не случилось, я тоже не хотела.

Так что уехать — было единственным правильным решением. Вот только денег на самолет у меня не было.