Отец моей подруги

И в это время меня сбивает с ног прилетевший в плечо толчок.

Лечу в траву, приземляясь на все четыре конечности, как кошка. Во рту появляется привкус крови, перед глазами картинка расплывается как размокшая акварель.

Сквозь пелену вижу, как в нескольких метрах от нас тормозит большой черный внедорожник, из него выходит Марат с битой в руках и идет на моих преследователей.

Марат

— Я бы тебя с удовольствием отлупил, — говорю, стараясь не смотреть на ревущую Лизу, — но кажется, с тебя и так хватит.

— Я думала..

Она тихо скулит, забившись на заднее сиденье, а я сижу за рулем. Выдыхаю.

Ублюдков спасло только то, что они съебались, как только меня увидели. Ясно, что уедут недалеко, я уже позвонил своим. Они пробивают машину и самих уебков, которых я успел снять на телефон.

Смотрю на Лизу в зеркало заднего вида. Теперь она беззвучно плачет, плечи вздрагивают, и у меня внутренности скручиваются в узел.

А если бы я не успел? Если бы поехал в другую сторону? Если бы вообще решил ехать в аэропорт, а не на вокзал? Как можно быть такой доверчивой и беспечной?

Нашла блядь попутчиков.

Я, конечно, тот еще воспитатель. Наорал на девчонку, пока она у меня на шее болталась. Обнимал и орал. Заглушал свои страхи, и самое удивительное, что она это понимала. Тыкалась в шею и повторяла «Как хорошо, что ты приехал...»

— Ладно, не реви, — говорю уже спокойнее, — все обошлось.

Но хрупкие плечи вздрагивают, и моя выдержка тает на глазах.

Терпение лопается, выбираюсь из-за руля. Беру в багажнике аптечку, распахиваю заднюю дверь.

Вскидывает голову, смотрит со страхом. Решила, что я таки собираюсь привести в исполнение угрозу?

Не бойся, Стебелек. Твоя попка точно в безопасности. Потому что если я начну, то точно не остановлюсь. И наказывать тебя буду совсем по другому.

— Коленки покажи, — киваю хмуро и не сдерживаюсь: — Далеко собиралась в таких шортах добраться? Не могла что-то другое в дорогу надеть?"

"— Так жарко же... — оправдывается Лиза и охает. Потому что беру ее под коленки и подтягиваю ближе.

Замираю. Вот сейчас раздвинуть их, развести в стороны...

И сердце из груди вылетает.

Нет, нельзя. Наоборот, сдвигаю плотнее, рассматриваю ссадины. Не все так плохо, просто немного стерта кожа. Нигде не порезалась, это главное.