Красавица для Медведя

КПП с охраной и шлагбаумом, аккуратные двухэтажные дома, стоящие по обеим сторонам единственной улицы, густой лес, окружающий небольшой поселок со всех сторон, огни фонарей на фоне серого рассветного неба. На первый взгляд, Сосновка мало напоминала российские деревни. Скорее, она походила на небольшой европейский городок.

Мы проехали поселок почти до самого конца, идеально ровная дорога перешла в более узкую и извилистую, пролегающую через заросли орешника, и привела нас к просторному бревенчатому дому, стоящему посреди лесной опушки.

Он был большим, с высоким каменным фундаментом, черепичной крышей и широкими окнами с узорчатыми наличниками, а сразу за ним высились старые лохматые ели и молоденькие гибкие березки.

«Вот и добрались, – радостно объявил внутренний голос. – Не трусь, Дашка, бабушка – не свекровь, с ней всегда договориться можно».

– Ну что, мы на месте, – в унисон моему альтер-эго сказал Илья.

– Прямо как в сказке про трех медведей, – пробормотала я, выходя из машины и выпуская Луфи.

Пес настороженно поднял морду, принюхался, а в следующую секунду неожиданно отступил назад и прижался к моей ноге. Я уже заметила, что в присутствии медведей он старается держаться ко мне поближе, тогда как раньше попросту испарялся.

– Думаешь, похоже? – усмехнулся Илья, и в его глазах мелькнули лукавые искры.

– Ну да. Так и кажется, что сейчас выйдет какой-нибудь Михайло Потапыч, а с ним – Настасья Потаповна и маленький медвежонок.

– Потапычей не обещаю, а вот бабулю ты скоро увидишь, – с каким-то странным выражением сказал Баженов, но не успела я пристать к нему с расспросами, как дверь дома распахнулась, и на крыльце показалась высокая стройная женщина.

 – А вот и она, – добавил Илья.

«Вот это да! – удивленно изрек внутренний голос. – Ничего себе бабуля!»

Луфи тихо гавкнул, а я растерянно застыла, уставившись на вышедшую из дома женщину.

Из рассказов Ильи я представляла его бабушку этакой доброй и милой старушкой весьма преклонных лет.

Вот только нарисованный воображением портрет оказался далек от реальности. Вместо древней бабуси на пороге стояла статная женщина со стильной короткой стрижкой, с приятным моложавым лицом и большими глазами, в темной глубине которых жили уже знакомые мне черти. Кстати, как раз по ним я и поняла, что передо мной близкая родственница Ильи. Только если у Баженова черти были коварными и насмешливыми, то у его бабушки – мудрыми и загадочными.