Ковчег Марка

– Какими… остатками ампулы? Там же просто стекляшки какие-то были, – не поняла Алла.

– У нас из шкафа медицинского ампулу утащили. Там снотворное, ветеринарный препарат. Мы иногда этими ампулами ружья заряжаем, зимой и ранней весной, когда на шатуна можно в лесу нарваться. Шатун – медведь, который в спячку не залег. Стрелять их мы не стреляем, а в тайге лучше с ними не встречаться. Страхуемся.

– Подожди, при чем здесь снотворное, ветеринарный препарат?

– При том, что я в ту ночь, когда Игорька прикончили, всё проспал.

– Ты хочешь сказать, что вам дали снотворное?! Ветеринарное?!

– Да какая разница, какое!.. Всё от дозы зависит.

– Павел, кто мог дать вам снотворное?!

– Вот и я всё думаю – кто.

Алла подошла к печке и стала трогать теплые изразцы.

– Давай рассуждать. Петька – просто мальчишка! Он на твой стеллаж знаешь, зачем полез? Чтобы выкинуть мышеловки! Гнусно, мол, когда мыши погибают такой страшной смертью.

"– Тут главный вопрос не кто, а зачем, – поправил Павел. – Узнаем, зачем вывинтили, поймём кто. И крышки с банок зачем-то поотвинчивали. Вроде понятно, зачем, но…

– Кого-то хотели убить? Еще кого-то? Тебя? Ты в комнате со снаряжением бываешь чаще всех! Ты вообще грозился её запереть, когда мы там Димана застали.

– Вот и надо было запереть, – сердито сказал Павел. – Слушай, как ты вкусно эту штуку варганишь! – И он сделал большой глоток.

– Из-за чего вы поссорились с Виноградовым? В ту ночь?

Он махнул большой красной рукой.

– Да ну. Какая разница? Он всё равно теперь мертвый лежит, и ни я, ни Марк его точно не убивали.

– Павел, из-за чего вы поссорились? Говори правду.

Говорить – тем более правду! – ему не хотелось. Правда, на его взгляд, была слишком мерзкой.

Алла смотрела на него очень внимательно, и он вдруг подумал, что должен сказать ей.