Ковчег Марка

– На работе только и разговоров, как всё подорожало, а к лету еще подорожает, кто какой кредит взял и что в Интернете написали про то, как певец Прохор в Майами отдыхает со своей девушкой топ-моделью.

– Женька, – сказала Алла, – если ты хочешь в Майами…

– Я не хочу! – закричала Женька. – Я здесь жить хочу! Я хочу сидеть на завалинке всю оставшуюся жизнь, и наплевать мне на Майами! На Урале лучше, неужели вы не понимаете, Аллочка?! Мы здесь сколько уже, а про кредиты никто ни слова не сказал, и про певца Прохора тоже, и про тяжелые последствия пластических операций! Вот вы, Аллочка, хоть раз в жизни делали пластическую операцию?

– Нет.

– А собираетесь?

Алла улыбнулась Женькиному отчаянию.

– Не собираюсь, Жень.

– И я не собираюсь! Но почему-то мне кажется, что я должна, понимаете?! Если мне с утра до ночи все рассказывают про пластические операции, а я ничего в них не понимаю и слушать не хочу, это значит, что я ненормальная, да?! И в Майами я не хочу! И певец Прохор меня не интересует!

– Что ты разошлась, Женька?"

"– Я хочу, чтоб был смысл, – сказала та твёрдо.

…Смысл – это очень трудно. Трудно и непонятно, где его добыть. Раньше, до похода на Приполярный Урал, у меня тоже был смысл, или мне казалось, что он есть, и теперь его не осталось. Мне тоже предстоит заново его найти, и я не знаю – как. Только мне давно уже не двадцать четыре года, и я ничего не могу решить, сказав правильные и нужные слова.

– Ты пришла сюда, на этот кордон, чтобы увидеть Марка, – сказала Алла и поднялась.

– Да, ну и что?

– Какого еще смысла тебе надо?

Женька немного подумала.

– Бери лыжи и иди катайся, – велела Алла. – Лыжи тебе Марк подарил.