Корсар

Первыми зашли двое военных с буфанами пантера, осмотрели помещение и встали по обе стороны от двери. Следом за ними зашли руководитель делегации, евнух и монах. Остальные выстроились стеной на главной палубе перед дверью, чтобы больше никто не смог зайти в мою каюту.

Я показал жестом, чтобы гости заняли места справа от моего, освещаемые солнцем, но военачальник занял место напротив, что, как будут утверждать психологи, является конфронтационной позицией, не способствующей ведению переговоров.

Только когда он наклонялся вперед, солнечные лучи освещали лицо гостя, а все остальное продолжало пребывать в тени, из-за чего казалось спрятанным за тонкие тюлевые занавески серого цвета. Лицо то словно бы просовывали между занавесками, то опять прятали за них. Именно при таком освещении стало заметно, что у военачальника кожа на лице очень тонкая, словно бы хорошо выделанная искусным мастером и умело натянутая. В Европе так хорошо выделывать кожу умели только французские кожевенники. Оставалось узнать, кто и когда доставил ее сюда.

Евнух занял нужное место. В свете, проникающем через стеклянный иллюминатор, макияж на его лице казался еще более неестественным, отталкивающим. Евнух напоминал старуху, укравшую косметичку у внучки. В то же время макияж показался мне маской, за которой этот человек прятал свое истинное «я». Мне сразу вспомнился матрос, с которым работал в самом начале своей карьеры. Фамилию не помню, а кличка у него была Братэлла.

Он косил под цыгана — не брил бороду, носил безрукавку с бахромой и говорил с псевдоцыганским акцентом. Поскольку я вырос рядом с цыганами, то знал не только их акцент, но и то, что среди знакомых, соседей они ведут себя нормально. Изображать цыган начинают, когда выезжают на гастроли в другие города. Под эту клоунскую цыганистость Братэлла всячески увиливал от работы и подворовывал у экипажа и везде, где только мог. Даже если попадался, его не били, потому что никто не воспринимал всерьез. Как-то я встретил Братэллу в Керчи, где он жил. Матрос был в отпуске, поэтому бороду брил и одевался, как все. Я не узнал в этом типичном русском парне придурочного цыгана, пока он сам не окликнул меня. Оказалось, что у Братэллы симпатичная жена, двое детей и трехкомнатная квартира в центре города, полученная без очереди. Носить шутовскую маску выгодно. Поэтому я сделал вывод, что с евнухом надо держать ухо востро.