Корсар

— Поднять испанский флаг! — приказал я.

Мериться силенками французские корсары не решились. Более того, поняв, что мы идем на абордаж, французский экипаж гукера из восьми человек пересел в двенадцативесельный катер и погреб вслед за своей шхуной. Английский экипаж из девяти человек был оставлен на гукере. Английский капитан был молодым — не больше двадцати лет — рыжеволосым, конопатым и самоуверенным.

— Судно захватили мы! — первым делом заявил он, прибыв на борт моей шхуны.

— Хорошо, пусть оно будет вашим, — мило улыбаясь, сказал я.

— Вы не посмеете так поступить! — обиженным тоном воскликнул капитан и покраснел так, что веснушки стали не различимы.

— Еще и как посмею, — заверил я.

Пошмыгав покрасневшим носом, молодой капитан произнес:

— Я готов заплатить за нашу охрану пятьсот фунтов.

Английский фунт стерлингов был равен примерно двенадцати гульденам. То есть, мне предлагали за шесть тысяч гульденов уступить добычу, у которой одно только судно тянуло тысяч на двадцать гульденов. О чем я и сказал английскому капитану.

— А что за груз ты везешь? — спросил я.

— Солонину в бочках, — ответил он.

Сто тонн солонины стоили дороже, чем гукер, и ее можно быстро и выгодно продать. Делали ее во многих странах, но английская считалась лучшей.

— Отдаешь нам весь груз — и свободен, — предложил я.

— Это слишком много! — возмутился английский капитан, снова покраснев.

— Как хочешь, — сказал я и приказал: — Поднимаем паруса!

— Ладно, я согласен, — через силу выдавил он и посмотрел на меня так, словно хотел запомнить на всю жизнь своего злейшего врага.

Перегрузка заняла остаток этого дня и почти весь следующий. Всё это время, а также ночь, оба судна, ошвартованные лагом, шли на север со скоростью узла три-четыре. Когда операция закончилась, до английского берега оставалось всего ничего.

— Семь футов под килем! — пожелал я на прощанье английскому капитану.

Это выражение пока, так сказать, не в тренде, поэтому англичанин не сразу врубился в его глубокий смысл.

— И тебе попутного ветра, — без энтузиазма пожелал он в ответ.

Чтобы его пожелание сбылось сразу же, я повел шхуну в пролив Ла-Манш. Сырой западный ветер силой баллов пять погнал нас со скоростью узлов одиннадцать.