Корсар

У немцев в городах почти все живут в каменных домах, а такие же здоровые, как и вы, — возразил я.

Как человек, поживший в разных типах жилья, с уверенностью заявляю, что разницы для здоровья нет. Разве что панельные дома нагреваются и остывают быстрее, чем кирпичные, которые в свою очередь быстрее, чем деревянные, но хороший утеплитель сводит это преимущество на нет.

— Это тебе решать, — примирительно произнес будущий тесть.

42

Посмотреть свадьбу собралось все население уезда, от мала до велика. Их можно понять: не каждый день женится командир полка на девушке из опальной семьи, которую никто не решался посватать.

Наверное, бьются об заклад, казнят меня или помилуют? Венчал нас тот самый старый священник. Ему передали мою просьбу не затягивать, поэтому окрутил нас быстро. Анастасия была в новом платье, синем со вставками из золотой парчи. Лицо не набелено и щеки не нарумянены. Держалась напряженно. Догадываюсь, что никак не могла поверить, что это происходит именно с ней, что наконец-то дождалась. На мне был новый драгунский офицерский синий мундир с позолоченными пуговицами и золотистыми эполетами и аксельбантами. Ни эполетов, ни аксельбантов в русской армии пока нет. Есть погоны у солдат, но не как знак различия, а чтобы ремни подсумка и фузеи не сползали. Уверен, что через несколько дней эполеты будут на парадных мундирах всех офицеров полка. Ношение блестящих предметов на одежде — основная отличительная черта доблестного воина."

"Паперти в русских церквах пока не прижились, вход был почти вровень с землей.

Вот тут и поджидало зевак главное отличие этой свадьбы от всех предыдущих. Два солдата начали швырять мелочь в толпу, а девять пар офицеров полка скрестили поднятые шпаги, образовав арочный коридор, по которому жених пронес на руках невесту к свадебному возку, выстеленному ковром и мехами. Анастасия не шевелилась и, как мне показалось, не дышала. Наверное, представляла, как сейчас лопаются от зависти все ее подружки и соперницы, если вообще смотрят на невесту, а не собирают с земли монеты, и фиксировала каждый миг блаженства, чтобы потом вспоминать всю оставшуюся жизнь. Как бы тяжело ей ни было со мной, за эти мгновения простит многое. Это была еще и компенсация ее родителям за мой отказ пускать пыль в глаза, устраивая многодневное и пышное застолье. И даже не сомневаюсь, что эту триумфальную галерею будут помнить многие годы, а все офицеры полка, венчаясь, будут устраивать такую же.