Корона Мышки-норушки

Катя осталась наконец в квартире одна, нашла нужную информацию, обчистила сейф, и прости-прощай, дорогой муженек. Но это все лишь мои догадки. Скандалов в доме не было, сплошная вежливость, улыбки, показная любовь.

Глава тринадцатая

От места, где мы провели время с Элен, до дома, в котором до замужества была прописана Катя, езды оказалось около часа. Я съехал с проспекта в глубь квартала, повернул направо, налево и словно очутился в прошлом, в обычном московском дворе моих школьных лет.

Кирпичные дома стояли буквой П, между ними располагались детские площадка, скверик с лавочками, чуть поодаль виднелся деревянный стол.

На секунду мне показалось, что сработала машина времени и забросила меня в прошлое. Я думал, что таких дворов уже нет, и ошибся. Вот он, расположен в совсем не престижном районе, но его жители, похоже, счастливы.

Полюбовавшись на игроков, я нашел нужный подъезд, поднялся на седьмой этаж и позвонил в дверь, на которой была потускневшая табличка «Малежкины». Никто не спешил открыть створку. Зато распахнулась дверь в соседние апартаменты, из них вышла полная женщина в фартуке, она приветливо спросила:

– Кого-то ищете?

– Жильцов из сорок девятой, – ответил я.

– Они на работу ушли, – неожиданно сказала незнакомка.

– Я дальняя родня Бронислава Малежкина, – соврал я, – один раз приехал к нему, а никто не открывает.

– А-а-а, – протянула тетушка, – они все умерли. Жилье по наследству перешло Катьке, хотя она его не заслужила.

Я старательно изобразил удивление.

– Вся семья Малежкиных на том свете?

– Да, – подтвердила Татьяна Степановна, – одна Катька жива, Галка померла, когда еще в школу ходила.

– Галя скончалась? – осторожно уточнил я.

– Ага, – кивнула тетка, – не повезло Соньке по полной. Они в наш дом въехали, когда девки еще учились.