Неудержимый. Книга I

Остальные уже не так спешили ко мне, я бы даже сказал, что они отступили назад на пару метров. Вот только дальше отступать им всё равно некуда, мы в замкнутом пространстве.

— Джентльмены, — я начал расстёгивать ремень. — Не надо стесняться, подходите. Потому что если подойду я, легко вы уже не отделаетесь.

И почему они мне не поверили на слово? Никакой тренировки в итоге не получилось. Мне даже дар «усиления» не пришлось ни разу использовать.

Как только я подошёл, двое отморозков с заточками попытались напасть на меня одновременно.

— Я вытираю пыль, — приподняв перед собой руки, сообщил мне самый сообразительный заключённый.

Он в темпе снял свою майку и побежал к раковине, чтобы её намочить. Остальным понадобилось чуть больше времени и волшебный пендель, которым я угомонил их ослепшего на время товарища. Он всё ещё продолжал скулить, что действовало мне на нервы.

Спускать этим уродам всё с рук я не собирался. Твари хотели меня опустить, теперь расплатятся по полной. А будут возникать, пойдут драить и соседние камеры. Не думаю, что у меня будут особые проблемы с дверьми. Вот весёлая у них тогда начнётся жизнь.

По моему приказу, всех пострадавших они перенесли на кровати и накрыли одеялами. С виду могло показаться, что они просто слегка утомились и решили отдохнуть.

Ситуацией я был крайне недоволен. Идти спать и оставлять за спиной толпу уголовников, которая очень по-недоброму на меня смотрела, не очень хотелось. К тому же один из них уже пытался позвать в камеру охрану, но я вовремя увидел и пресёк эту попытку. Теперь он драит стены с горящей от ударов ремнём задницей.

Я подозвал к себе самого сообразительного, рассудив, что и на мои вопросы он, возможно, ответит так же быстро. Ошибся. Или он действительно ничего не знал о заказчике или не хотел мне об этом рассказывать.

Ниточка вела к стражам охранявшим камеры. По любому без них здесь ничего не происходит. А приказ они могли получить от кого угодно. Хоть от того яйцеголового дознавателя. Может это он решил меня проучить? Да и с адвокатом он особо не спешит.