Королевская кровь. Книга 8

И, глотнув воздуха, виновато протянула флягу обратно:

- Я вам совсем не оставила, профессор.

- Потерплю, - отозвался он, снова прикрепляя емкость к ремню. - И вы потерпите немного. Скоро сделаю короткий привал. Вода должна быть недалеко. Отдохнем минут пятнадцать и дальше. Нужно двигаться, Богуславская.

- Я понимаю, - принцесса попробовала улыбнуться, но сама почувствовала, какой жалкой вышла улыбка."

"Они снова поднимались в гору. Холм сверху был почти лысым, нагретые гранитные пласты попадались все чаще, а папоротники - все реже.

Через несколько минут, на самой вершине, Тротт резко остановился, поднял руку. Алина заметила, но от усталости не сразу поняла, что от нее требуется, и продолжала брести вперед под палящим солнцем, пока инляндец не перехватил ее молча за локоть и мягко не закрыл рот ладонью.

Принцесса непонимающе попыталась повернуться к нему, и профессор едва слышно процедил: «Наемники!» и вжал ладонь сильнее.

И только тогда сознание прояснилось, и Алинка услышала отдаленные человеческие голоса. А потом и увидела тех, кому они принадлежали. Слева поблескивало море, а внизу, там, где среди редких деревьев проглядывала красноватая вода бегущей к морю и низвергающейся со скалы речушки, у небольшого костра, над которым исходил паром котелок, сидело с десяток вооруженных воинов. Кто-то шумно умывался у воды, там же топтались две стрекозы-раньяра, лениво поедая что-то окровавленное.

Люди подсмеивались, люди пробовали еду - а Алинка застыла от страха. Они с профессором находились на освещенном солнцем пригорке, наемникам достаточно было поднять головы, чтобы их увидеть.

- Привал отменяется, - тихо проговорил Тротт. - Сейчас очень осторожно отступаем назад, Богуславская. И обходим по кругу. Если повезет, раньяры нас не почуют. Они внизу, оглушены запахом крови, не должны. Все понятно?

Она, заледеневшая от страха, кивнула и крепче сжала его ладонь пальцами.

И послушно направилась в другую сторону от моря.

Наемники их не заметили. Прошло не меньше получаса - но Алинка все ещё шагала, изо всех сил вцепившись в руку Тротта и вздрагивая. И уже поверила, что удалось уйти, когда инляндец вдруг толкнул ее на землю, сам развернулся, неуловимо, одним движением выхватив из-за пояса нож и, метнув его, бросился назад.