Королевская кровь. Книга 8

К потолку поднялись ещё с десяток крылатых малюток - и вдруг они все сорвались с места, облетели стайкой статую Воина и вылетели в распахнувшуюся дверь. И зависли там, в утренних сумерках, освещая красным мерцанием сугробы и явно чего-то выжидая.

- Надо идти за ними? - недоуменно спросила Василина, оглядываясь на изваяние божественного праотца. Статуя молчала, и королева поднялась, зашагала к выходу. Вперед метнулся Мариан, зарычал на нее, останавливая у порога, и, пока она пыталась сообразить, что он хочет, - дотрусил до сугроба и вернулся с ее заледеневшими сапогами.

Затем она рядом с мужем бежала за стайкой огненных духов - те, задевая ветки деревьев, которые загорались и тут же тухли, неслись к дворцу. Двери дворца тоже открылись сами собой - и бабочки, пугая придворных и гвардейцев, полетели по первому этажу и остановились перед дверью в подвал, по которому спускались в подземный ход Стрелковский с Полиной.

Уже было понятно, куда они летят, - и королева пробежала за ними по подвалу, нажала на рычаг, опускающий пандус в подземелье, потопталась перед вертикальной «шахматной доской», вспоминая, какие панели использовала Поля…

Искрянки нетерпеливо разделились, показывая нужные панели, и Василина нажала на них, обрадованно хлопнула в ладони, когда проход открылся - и опять остановилась, потому что Мариан зарычал и пошел вперед.

Около засыпанного хода к подземной усыпальнице Иоанна суетились инженеры, стояли уже какие-то механизмы. Люди застыли, увидев летящих духов и бегущего за ними медведя, ринулись прочь.

- И это все? - расстроенно спросила королева. - Это знак, да? Что я все-таки должна пойти вниз?

Подошел Мариан, сочувственно потерся о ее плечо огромной башкой, и она вздохнула, обняла его.

- Пойдем наверх, да.

Он чуть присел - и королева, поколебавшись, на глазах застывших работников забралась на него верхом. И закрыла глаза.

- Во всяком случае, он ответил, - пробормотала она шепотом. - Хотя бы так. И, кажется, я поняла, что он от меня хочет, Мариан.

Муж недовольно фыркнул, потрусив по подземному ходу обратно.

- Смелости, - сказала Василина ему в шерсть. - Я ведь такая трусиха, Мариан. Наверное, ему стыдно за меня.