Контракт на невинность

Вряд ли я буду рада сейчас узнать, что его просто закопали где-нибудь под елкой.

— Это так. Я действительно работал когда- то в реанимационной бригаде.

— Сначала спасал жизни, а потом решил их отнимать? — вылетает у меня. Я прикусываю язык, подавив желание стукнуть себя по голове, но у меня правда вызывает недоумение такой внезапный жизненный поворот в истории Камиля. Хотя, честно говоря, это чем-то подкупает. Находясь рядом с Камилем, я могу быть уверена, что случись со мной что — он сможет меня вернуть к жизни.

Он же в ответ дарит мне взгляд, которым можно дырку во мне прожечь, кажется, не оценив мой юмор.

— Прости, — выдыхаю я, — Правда интересно, как так вышло. Ты стал таким из-за того человека, да? И из-за девушки, которая умерла? Хотел отомстить?

— Вроде того, — коротко отвечает Камиль, продолжая меня рассматривать. Кофемашина заканчивает наливать кофе, но он не обращает на него внимания.

— Ты ее любил? — вырывается у меня очередной слишком прямой вопрос.

Мне сложно представить другого Камиля — любящего и заботливого. Обычного человека, который хочет завести семью.

Камиль в ответ чуть приподнимает бровь.

— Не то, чтобы слишком сильно любил. Но мне было хорошо. Для чего спрашиваешь, Ева?

— Я о тебе почти ничего не знаю, — признаюсь я, — просто какие-то обрывочные факты. Из них сложно составить полную картину, а я просто хочу, чтобы ты был для меня чуть понятнее и ближе.

Я надеюсь, что Камиль не проигнорирует этот вопрос."

"Почему-то его девушка из прошлого представляется мне сильной и волевой. И красивой. Иначе бы Камиль не перебирал таких видных девушек, вроде Вали. Будь та, на ком он хотел жениться домашней и милой девочкой, он бы давно нашел себе подходящую и заключил бы с ней брак.

Камиль отводит взгляд в сторону, будто бы потеряв к разговору интерес, и я вздыхаю.

Он забирает кружку с кофе, а я уже было хочу залезть в шкаф за другой кружкой, чтобы приготовить себе чай, как слышу ответ:

— Внешне она была похожа на тебя. Но только внешне.

Эпизод 47

“Только внешне”.

Слова Камиля еще долго эхом звучат в моей голове, пока я мою посуду. Они меня задели, хотя, это гнетущее чувство в груди очень глупое: я ведь сама хотела узнать, почему Камиль выбрал меня.