Хочу тебя вернуть

— Если то, что произошло в доме отца, её сломало? Если это пламя и её дерзость пропали?

— Значит, я вывернусь, но верну всё, как было. Вылечу. И спину, и руки, и душу. — Я уверен в своих словах, потому что сейчас это самая важная цель в моей жизни.

Весь организм, всё моё существо настроено только на достижение именно этого результата.

— Да уж. — Вздыхает Мир. — Нашёл ты себе пару. Теперь смотри, чтобы не сбежала, куда глаза глядят.

— Не сбежит. Про больницу объясню, мне она поверит. Охрану приставлю, но так, чтобы парни глаза ей не мозолили.

— Я не о том. Тай, понимаешь, её же с её гордостью и независимостью, с этой её самостоятельностью, словно взяли за шкирку как котёнка и с размаху ткнули в совсем другую жизнь. В жизнь по другим правилам. — Мир снова будит неприятное предчувствие. — Причём сразу в самое… Её мать не приняла эти правила и такую жизнь.

Слова брата и нарастающее волнение перебивает появление Потрошилы. Следом за ним выходят ещё несколько врачей. А потом появилась и каталка, которую сам Бояров сопровождал в другое помещение.

— Ждите, — коротко бросил нам.

И мы ждали. К разговорам не возвращались. И когда наконец-то появился Бояров, мне казалось, что времени прошло, чуть ли не столько же, сколько шла операция.

— В общем так. Состояние тяжёлое, но тяжёлое стабильно. Рука почти не пострадала, там просто ушиб и обширная гематома, на работоспособность это никак не повлияет. Я проверил, даже трещинок нет. — говорит Потрошила, заведя нас в свой кабинет. — С рёбрами всё гораздо хуже. Одно сломано, два с трещинами. Так что то, что вы её минимально тревожили при переноске, это отлично. Даже сломанное ребро не съехало, значит, очень осторожно двигали. Но самая беда это спина. Наибольшие повреждения нижняя половина, в основном поясница.