Канарейка для ястреба

– Дэвид! Это невозможно! – практически выкрикивает Дэвис, но, встретившись взглядом с Ривзом, резко давится словами.

Отец Тайгера поправляет манжеты белоснежной рубашки и запонки, что блестят платиной. Приковывает внимание к своим четким движениям крупных пальцев. И, наконец, прерывает гнетущие молчание:

– Господа, вчера мне на глаза попались некие интересные записи, гуляющие в свободном доступе на просторах интернета… – слегка растягивая слова, произносит Ривз. – В рассматриваемом нами случае камеры оказываются и не нужны… Наши прыткие ребятки подсуетились и все не только отсняли на телефоны, но и благополучно слили в сеть…

Скажу так, – пауза и хлесткое, – то, что я увидел на этих кадрах, мне не понравилось! Поставлен под удар престиж самой школы!

Здесь Ривз делает особую паузу, дающую всем понять, что мы ему на фиг не сдались со своими бабскими склоками, просто учащиеся умудрились своей глупостью бросить тень на авторитет школы! Он в бешенстве исключительно из-за утечки, а никак не из-за наших перебранок.

Ривз в упор смотрит на директора школы и его голос приобретает зловещие интонации, от которых меня бросает в холодный пот.

– Господа, я сразу же принял меры. Мои программисты уже подчистили все следы видеозаписи в инете, но для личного пользования один экземпляр я все же оставил… Если у кого есть сомнения, так сказать, для получения более объемной картины произошедшего могу предоставить… – острый взгляд, адресованный Дэвису, который взял себя в руки и предпочел не возражать, принимая холодный и равнодушный вид.

– Ситуация весьма щепетильная, – поддержал Ривза директор школы.

Мне все кажется, что происходящее его утомляет, вынуждая бросить важные дела и заниматься не пойми чем.

– Поддерживаю предложение главы попечительского совета. Ограничиваемся устным предупреждением для всех участников, без занесения в личные дела. Еще одна потасовка и будут исключены все участники. Престиж школы – непоколебим!

Дэвид Ривз с грацией хищника поднимается во весь свой исполинский рост.

– Вынужден откланяться, как всегда, спешу, – обменявшись рукопожатиями с мужчинами, он направляется в сторону дверей.

Когда этот пугающий мужчина проходит рядом, я ловлю на себе его острый, нечитабельный взгляд, рентгеном проходящий насквозь.

От него веет опасностью, но на задворках сознания оформляется мысль, что только что этот человек меня пощадил, подарив возможность жить…

– Свободны!

Резкий окрик директора заставил подпрыгнуть и пулей вылететь из его кабинета.