Камея из Ватикана

Мужчина молниеносно выхватил из внутреннего кармана длинную пачку, ловко щелкнул по ней. Из пачки чудесным образом выскочили две коричневые пахитоски. Розовый мужчина ловко прикурил обе, одну поднес Наталье Сергеевне, а второй затянулся сам.

– Присаживайтесь, Шурочка, – велела дама и указала на стул. Тонечка не сразу сообразила, что обращается она к Саше Шумаковой. – И вы… тоже присаживайтесь. Борис, что вы замерли? Подайте стул женщине!..

Саша помедлила одну секунду и уселась, сдвинув ноги вбок, как английская королева.

"– Итак, – начала Наталья Сергеевна. – Кто вас ко мне прислал?

– Нас никто не присылал, – повторила Саша. – Умерла Лидия Ивановна, мы решили вас известить. Вы же родственница.

– А кто сказал вам, что мне есть дело до какой-то там полоумной старухи?

Саша вздохнула.

– Никто нам ничего не говорил. Это целиком и полностью наша инициатива.

– Вас и вашей прислуги? – Подбородком Наталья Сергеевна указала на Тонечку.

– Мы соседи, – не дрогнув, объяснила та. – Живем на одной улице. Ваша тетя, Александра Игоревна и я.

– Боже мой, – Наталья Сергеевна приложила пальцы к вискам. – Как все это глупо, глупо! Мне вечером играть, а тут такая пошлость! Как в плохой пьесе! У нас пренеприятное известие, ваша тетя скончалась!..

– Наталья Сергеевна – ведущая артистка нашего театра, – пояснил красавец Ярослав. – Можно сказать – прима!

– Нужно сказать! – внушительно прогудел третий гость, причесанный волосок к волоску.

– У нас сегодня как раз «Белая гвардия», – продолжал Ярослав и вдруг добавил ни к селу ни к городу: – Я – Лариосик. Приходите! Мы играем без зрителей, под запись, но я вас проведу.

Саша взглянула на него с изумлением.

– Я не поддерживаю отношений с родственниками в силу крайней их ограниченности, – продолжала Наталья Сергеевна. – Если вы хотите хлопотать насчет похорон, обращайтесь к моему сыну. А меня не ввязывайте в эти дела! Я не желаю!

– Хорошо, хорошо, – быстро сказала Тонечка. – Мы обратимся к сыну, вас не будем ввязывать.

– Борис! Борис, подайте мой телефон! Боже мой, мне сегодня играть, и еще праздник!.. И она не нашла ничего лучше, чем помереть!

– Ваша тетя умерла в понедельник.

– Какая разница! Ну, какая разница! – Наталья Сергеевна сморщилась, лицо у нее перекосилось, словно съехало. Пыльный кот зевнул у нее на коленях и стал лениво чесаться. Шаль и бюст Натальи Сергеевны колыхались в такт движениям лапы.