Наследница долины Туманов

Наш вардиган, его брат-близнец, как и я, родился пожирателем, а такие дети…

– … ещё в утробе поглощают чужую жизнь, – закончила я за него.

– Да, но Сай родился живым. Дар его был слабым. Ничтожным. А у Итана, наоборот, слишком сильным: но сама понимаешь, дети с тёмным даром почти всегда болезненны и немощны. А наша матушка не из тех, кто теряет сыновей. Она заставляла Сая делиться с братом теми крохами дара, что у него скапливались. А потом родился я. И света понадобилось вдвое больше. Мы с Итаном доили Сая, не щадя, и это привело к тому, что его резерв вырос до поистине огромных размеров.

Но сама мысль, что он для нас, в первую очередь. дойная корова, укрепилась в его сознании. Поэтому он часто язвит и пытается, как мальчишка, отстоять своё право на что-то большее, чем быть просто вкусным обедом для тёмных братьев.

– Он вырос и должен понимать, – шепнула я.

– Он всё понимает, Амэлла. Но характер уже не изменишь. Да и судьба хорошо посмеялась, дав ему в жёны тёмную пожирательницу.

– Эта девочка Эмбер, она каратель?! – этого я совсем не ожидала.

– Да, такая же, как я и Итан, слабее, конечно, но теперь наш светлый братец занят тем, что кормит её денно и нощно. А если учесть, что светлые от тёмных не рождается, то ему не позавидуешь.

– А твой старший брат, который вардиган, какие дети у него?

– У Итана? Да, две милые девчушки и сын. Опережая твой вопрос, скажу, что всё тёмные. Но если девочки даром не сильны, то сын явный каратель и маг смерти.

Думаю, ещё в утробе девочек он опустошил знатно.

Даже слишком. И характером угрюм.

– Значит и наш ребёнок… – я запнулась, – если родится…

– Я сделаю всё, Амэлла, чтобы родился, – Каил занёс меня в комнату, – но если придётся выбирать: он или ты, то я и слушать не стану. Ты для меня важнее всего.

– Но ребёнок…

– Ты важнее, – повторил он.

Глава 62

Засыпая в тёплых и надёжных объятьях супруга, я ощущала, как робко расползается во мне тьма. Она тянула свои холодные щупальца книзу живота и тугой спиралью сворачивалась там.

Судорожно выдохнув, я повернулась в руках мужа и трусливо уткнулась носом в его грудь, ища защиты. Биение его сердца, такое громкое и чёткое, успокаивало. Я вслушивалась в него, словно это музыка.

– Спи, Амэлла, – сонно шепнул он.

Объятия стали теснее. Потеревшись носом о мои волосы, Каил коснулся губами моей макушки.

– Мы ведь пойдём в туман? – не удержавшись, всё-таки спросила я.