Кай из рода красных драконов (СИ)

Подлить яду мне в кашу, это же не колдовство, верно?

Мы почти добрались до скалистого обрыва, когда позади с шумом сорвалось с высоты одно из кедровых брёвен, что мы с парнями вчера подвесили над тропой.

Бревно рухнуло вниз, ломая кусты. Раздался вопль и глухой звук, похожий на хлюпанье.

Колдунья моя завизжала, как резаная. Я притянул её к себе и зажал рот.

— Ловушка сработала, — сказал, шагавший позади меня, Истэчи. — Кто-то шёл за нами и наступил в петлю. И его бревном придавило. Хорошо!

Чего уж хорошего! Теперь у нас ещё один труп.

Но чей? А что если это колдун, отец Шасти, крался за нами?

«Блин… Если Шасти сейчас увидит труп отца и взбрыкнёт, барсов мне не остановить! Они ещё не остыли после смерти товарища. Ещё и её в капусту порубят!»

Я прижал к себе девушку, радуясь, что Камай физухой занимался неподецки. Прошептал на ухо:

— Молчи! Поняла, дура? Что бы ни случилось — молчи!

Шасти испуганно закивала.

Воины остановились. Темир пошёл к ловушке первым. Махнул рукой: можно подходить!

Когда двое барсов покрепче приподняли бревно, я выдохнул.

Это был кто угодно, только не колдун, хоть и лежал мордой вниз!

Труп был худощавый, лысый, довольно высокого роста. В чёрном шёлковом кимоно как у Шасти. А колдун был щекастый, с пузцом и кутался плащ, подбитый мехом.

Темир пошевелил тело, не подававшее уже признаков жизни. Перевернул на спину.

— Это не отец! — воскликнула Шасти.

Ладошка её вспотела.

— Кому сказал молчать?! — Я перехватил покрепче мокрую руку и дёрнул.

— Но это же не отец! — выкрикнула она.

"

"Неужели поняла, от чего я её пытался предостеречь? Значит, не дура, а просто сноровистая, как лошадь?

Она ведь и в самом деле сбежала из дома и пыталась наперёд отца отыскать меч. Даже если наврала про замужество, попытка кражи у родного батьки — налицо.

Похоже, моя жена привыкла никого не слушаться. И из дома сбежала. И помолчать даже пару минут не может. Свалилось же такое сокровище на мою голову!

— А кто это? — спросил я строго. — Теперь говори, можно!

— С-слуга, — её затрясло.

Только тут она сегодня и испугалась. Странные эти девчонки. — П-погонщик драконов. Есть такой дар, когда человека слушается любой дракон. Если человек низкого рода — своего зверя ему не дают. Он не может стать воином — только погонщиком. И вот этот у нас работал. Я… Я… Это я его погубила!

— Ничего подобного! — отрезал я. — Это твой отец виноват. Он послал его за нами.

— Йому был предан нашей семье, — пролепетала Шасти и захлюпала носом.