Измена. Закрывая гештальты (СИ)

— Уговорил. Сколько тебе нужно? Стандартный испытательный срок?

Парни заржали.

— Уточним сроки по дороге домой, а пока, вон, нас уже ждут. Идем, медовая. Раньше сфоткаемся, раньше к сыну поедем.

В зал для встреч я входила со слезами на глазах.

Глава 79

Обретая крылья

'В игре в пул равны все.

В бильярдном зале неважно, сколько тебе лет, стар ты или молод, какого цвета у тебя кожа или сколько денег у тебя в кармане.

Здесь главное — как ты бьёшь…'

Джонни Дойл к/ф «Поединок»

До сих пор помню в подробностях, запахах, звуках и ощущениях тот невероятный день.

Мы приехали в Дом Молодежи чуть заранее и успели-таки выпить кофе. То есть его пили Кир с Алексеем, а мы с Глебом употребляли воду с лимоном причем я технично к нему примазалась:

— В выписке настоятельно рекомендовали водичку с лимоном. Поддержу тебя, чтобы не грустил…

Он одной рукой привлек меня к себе за плечи, демонстративно поцеловал в висок и прошептал, так что его услышали, вероятно, и на улице:

— Любимая, твоя поддержка и понимание для меня бесценны.

"Кир тихо ржал и строил нам рожи, Алексей кривился, но никак не комментировал.

Эта встреча отличалась от предыдущей. Народ здесь был более взрослый, организованный в некое движение, типа «пионерии», и с четким регламентом.

Приветственное слово.

Десять минут моих пояснений о серии.

Час ответов на вопросы.

Час автограф-сессии.

Общая фотография.

Фуршет, как много в этом слове…

На нем я была представлена чиновникам от Минобра, Минпросвета и Уполномоченным по правам ребенка столицы и области.

Улыбалась, принимала комплименты, благодарила за внимание. Пообещала продолжить серию. Подумать о подобном для тех, кто помладше.

Устала.

И только начала искать глазами, куда бы пристроить свой филей передохнуть, как Глеб мило распрощался со всеми этими восторженными дамами и решительно подхватил меня под руку:

— Поехали домой, медовая.

— Как ты? Что? Я не могу… — начала искать глазами нашу компанию.

Алексей о чем-то шептался с представителями Правительства области, Кир лопал тарталетки с икрой и вежливо, но категорично отшивал решительно настроенных красавиц всех возрастов, жаждавших его внимания.

Мило.

Любимый мужчина закрывает собой вид на моего издателя и твердо заявляет:

— Можешь! Ты можешь все. В первую очередь — быть со мной и выйти за меня, — на палец надевается кольцо. — Во вторую, писать что хочешь, не ограничивая себя только одним каким-то жанром.