Я почти граф. Книга VI

Подмял под себя большую часть города, пытался запустить руки в КИИМ, убивал всех, не жалея ни женщин, ни детей. У меня во владении целая деревня людей, которых он хотел пустить на органы! Это грязные деньги, которые я заслужил по закону, и ты к ним не имеешь никакого отношения. А если и имеешь, то я могу позвонить в следственный комитет, и они займутся тобой. Так что прошу последний раз — отдай мои деньги. Все, что принадлежит тебе, я трогать не буду.

— Конечно, я не имею к преступным деньгам никакого отношения, — фыркнула она.

— Твой муж хотел сам меня убить, только без объявления войны. Но думаю, ты это и так знала.

— Конечно же, нет! — воскликнула Марта Борисовна, гордо выпятив грудь в приступе благородства.

— Врет, — заключила Лора. — Просто максимально пиз… Врет.

Я подошел к Илларионовой поближе и наклонился, заглядывая в глаза.

— Так что ты не получишь ничего сверх того, что тебе причитается, — я слегка улыбнулся. — Но так и быть.

Почему я так с ней грубо? Потому что ей было глубоко наплевать на своего мужа. Причем давно. Ее волновали только деньги и она сама. Поэтому Илларионова так отчаянно пыталась загрести под себя все, что могла.

— Ну как, Марта Борисовна, мы пришли с вами к консенсусу? — спросил Сурков-старший.

Вдова посмотрела испепеляющим взглядом на графа, затем на Надю, а потом уже и на меня. Выбора у нее не было. Либо так, либо через суд, где она еще потратится на издержки государству и все равно проиграет.

— Да, пришли, — процедила она сквозь зубы, вскочила и пошла к выходу.

— Куда же вы? — удивился Сурков и пододвинул к краю стола несколько листочков. — Распишитесь тут.

Женщина подошла к столу и посмотрела на бумаги.

— Что это?

— Свидетельство, что мы мирно перешли к решению вопроса. Передача «случайно» переведенных средств обратно барону и подтверждение вашей доли супружеского имущества, — уверенно проговорил Сурков.

— Ничего себе, и он заранее подготовил эти документы? — удивилась Лора. — Но… Как он… — и моя помощница на секунду замолкла и показала, как паренек, который привел Илларионову, незаметно всунул ему бумаги. — Хитро и красиво.

Вдова Илларионова внимательно прочитала все пункты и с большим недовольством поставила подпись.

— Теперь вы, Михаил Викторович, — и граф пододвинул мне те же листки.

Я тоже подписал бумаги.