Их невинная наложница

Ему были предоставлены деньги и место для проживания, но Тал часто задавался вопросом, было ли этого достаточно для Аль Баширов, которые были вынуждены уступить полномочия Аль Муссадам, когда их дед отрекся от престола.

Халил, единственный сын, оставшийся в живых, отвесил Талу вежливый поклон, но не заметить молнии, которые метали его глаза, было нельзя.

Нет. Богатства и власти было недостаточно. Халил хотел трон. Вопрос заключался в том, как далеко он готов был зайти ради этого? Как далеко он уже зашел?

Его подозрения относительно Халила росли с каждым днем.

— Разве ты не можешь казнить его или что-то в этом роде? — спросила Алия, нахмурившись."

"Она была одета в прекрасную юбку и блузку, но было что-то чопорное в ее наряде, что беспокоило Тала. Алия всегда была игриво женственна в доме, переполненном мужчинами. А затем ее похитили. Талиб часто спрашивал себя, увидит ли он когда-нибудь ту беззаботную девушку вновь.

— Мы не варвары, Алия. Но если у меня появятся неопровержимые доказательства того, что Халил предал нашу страну, я однозначно потребую немедленного судебного разбирательства.

— Мой шейх.

Халил практически источал угрозу, несмотря на то, что его голос ничуть его не выдавал.

— Чудесный день, не правда ли?

Терпение. Ему требовалось терпение, чтобы сплести эту паутину. Он мог изгнать Халила, но без доказательства его измены неминуемо разразится скандал, и последнее, что ему было нужно, это чтобы Халил обратился к их врагам и навлек на них неприятности.

— Действительно, — откликнулся он, а затем уже громче сказал Алии: — Ты не помнишь, что предписывают наши традиции в данном случае?

Она застонала:

— И ты говоришь, что мы не варвары.

— Алия, — предостерегающе произнес он.

— Я знаю, что поставлено на карту, но мне не должно это нравиться.

Она зашагала прочь. Халил наблюдал за ней, и для кузена его взгляд был слишком горяч.

— Она все еще капризничает из-за маленького инцидента в Америке?

Терпение. Он так долго искал его в себе. Талиб двинулся вперед и сжал руками горло Халила, прежде убедившись, что они были вне видимости камер наблюдения.