Их безумие

Рэй, натянувший только джинсы и невозможно сексуальный со своими отросшими небрежными волосами и татуированной спиной, поворачивается, смотрит на нее, сонную, наверняка страшненькую, как мышь, выглядывающая из норки, и взгляд его замирает на ее тонкой шейке, со следами их ночных безумств и нежной руке, стыдливо придерживающей плед на груди. Он смотрит так долго, что Керри становится не по себе. Она не знает, что делать, что говорить. Она никогда не была в такой ситуации.

Уокер ни разу не оставался на ночь. Они не просыпались вместе утром, не завтракали кофе и сандвичами, не разговаривали о планах на день.

И, похоже, не против повторить и утром, судя по ненасытному взгляду.

Керри одновременно это льстит и пугает до чертиков. Он так и остается для нее загадкой, непредсказуемым зверем, про которого точно неизвестно, то ли укусит, то ли доверчиво подставит голову, чтоб чесала за ушами.

Но потребности организма все же перебарывают, и Керри, опасаясь, что Уокер сейчас просто опять устроит родео на несчастном, едва живом диванчике, торопливо спрашивает:

- А... Туалет?..

Уокер еще какое-то время смотрит на нее, а затем просто молча показывает направление рукой.

Керри, умудрившись встать так, чтоб не оголиться, и обернувшись пледом, торопливо бежит в указанном направлении, чувствуя волчий взгляд на своих лодыжках.

Туалет, слава Создателю, вполне чистый и современный. Керри делает все дела, умывается, смотрит на себя в прикрепленное к стене зеркало. Ужас. Просто ужас. Такое ощущение, что ее всю ночь по полу валяли. Хотя... Это недалеко от истины, черт!

Прямо на умывальнике стоят в стакане станок, зубная щетка. Лежат рядом пена для бритья, зубная паста. Керри чистит зубы пальцем, прополаскивает рот. Скривившись от неприятных ощущений, осторожно освежается. И немного приходит в себя.

Настолько, чтоб настроиться на диалог.

Но Керри надеется на лучшее. Невозможно всю ночь заниматься сексом, и потом еще и утром хотеть. Ей, наверно, показалось. Может, он просто есть хочет? Что-то про пиццу было...

Уокер встречает ее немного виноватым взглядом, в котором уже нет прежней животности, только досада.

- Кофе пригорел, бл*...