Идеальный расчет

Женщина светилась от счастья – она явно была рада встрече с Мэри, возможности подержать ее за руку, поговорить с ней. И все они знали, что детство ее планируется испортить новостью о престоле. И это, если все пойдет так, как они задумали.

– Мамочка, я так рада знакомству с Катариной. Она, как оказалось, много знает о дворце – ее сестра когда-то была служанкой бывшей королевы! – подбежав ко мне с огромными от новостей глазами, она взяла меня за руку.

– Я очень рада, что тебе понравилось новое знакомство, - ответила я и прижала девочку к себе.

Сердце колотилось от новостей как бешеное.

– И воспитанники у нее очень хорошие. Представляешь, у нее так много детишек, что и не запомнить, а она всех знает по именам! – снова с гордостью за новую знакомую заявила она.

– Наверное, она давно знает их, и поэтому помнит всех, - рассматривая Катарину ответила я. Женщину сейчас можно было рассмотреть ближе: волосы каштанового цвета, убранные назад, карие глаза, что отливали зеленым, если солнце падало на ее лицо, красивый тонкий нос, невысокая, очень тонкая, но живая, подвижная.

Платье, скорее всего, ей дала Бэлла, и принадлежало оно раньше служанке, что убирала номера в постоялом дворе. Видимо, этим она здесь и занимается, но не пять же лет они ее прячут в комнате.

– Катарина, вы все время работали здесь? – спросила я, как только Мэри с Бэллой пошли на задний двор кормить кур.

– Нет, я долго жила в деревне с детьми. Когда Филипп забрал Мэри и отвез нас на границу королевства, я боялась каждой тени.

Но сейчас прошло достаточно много времени, да и детям нужны учителя. Мы здесь уже больше полугода. Большую часть времени мы находимся в лесу. Нас учат стрелять из лука, мальчики и девочки учатся драться. Я была против этого, но Филипп настаивает на том, что они должны постоять за себя. Раньше я и не думала, что в городе столько беспризорников, - сложив руки перед собой на подол, говорила она. Я рассматривала ее, но не находила ничего необычного.

Мэри уже спала, когда вернулись дети.

В комнате открылась дверь, и на фоне темного неба я увидела, как кто-то мотнул головой.

Аккуратно переложив голову малышки со своего плеча на подушку, я встала и вышла на улицу, спустилась по лестнице на задний двор и вошла в столовую. Было темно, и только в открывшуюся дверь кухни я заметила свет.

Лестница в подвал вела прямо из кухни. Сейчас здесь на полу было пусто, но, судя по следам, прямо на дверце в полу всегда хранился уголь.