Идеальный расчет

Да, я стала немного другой, но я тот же самый человек, - прижав ее голову к себе, ответила я.

– А ты правда ляжешь со мной спать? – подняв глаза, спросила она.

– Конечно, в этом нет ничего странного. Я обниму тебя и расскажу сказку, хорошо?

– Да, хорошо. Просто… Ты никогда так не делала, хоть я и старалась быть самой лучшей…

Усадив малышку в ванну, я поливала ее из кувшина и рассказывала сказку про Золушку. То-то было удивления и радости от новой истории! Она сразу поняла, что это невозможно, и сначала перебивала, мол, так не бывает.

До момента, когда я сказала:"

"– Милая, представь, что все это возможно. Просто откинь свои знания и слушай. Будь уверена, что я рассказываю тебе историю, которая была в совсем другом мире, - загадочно прошептала я ей на ухо и продолжила мыть голову.

Когда мы забрались в ее кровать, на улице было уже темно. Я надеялась, что моя «вторая половина» в виде этого надутого щегла, уляжется спать, и я смогу прокрасться в кухню и попить кофе с молоком в прикуску с оладьями, которые мне так и не перепали.

Но когда малышка заснула, и я на цыпочках вышла в кухню, Фил сидел в кресле возле печи и читал газету. Перед ним на столике стоял масляный светильник. Свет от него в комнате был очень приятный, какой-то романтичный.

– Не спится? – не поднимая головы, спросил он.

– Хочется есть, - шепотом ответила я и прошла мимо него. Взяла с полки миску, накрытую полотенцем, сняла с петли над плитой сковороду. Щедро положила в нее топленого масла и шесть оладий.

Чтобы их разогреть, пришлось раздуть угли и собрать их в кучку, а сковороду засунуть прямо на угли. Как только масло зашкворчало, вынула сковороду из печи, над медным тазом обтерла низ сковороды и поставила на плиту.

Чтобы достать сахар, мне пришлось пройти мимо Фила, наблюдающим за всеми моими движениями.

– Ты никогда не ела ночью, никогда не ложилась спать в детской, Поли…– анна, - закончила я, засунув в рот вкусную выпечку.

– И называть тебя так никогда не просила. Тебе нравилось имя Пола или Полка.

– Больше не нравится.

– Что произошло? – он сложил газету и оперся локтями на стол.

– Я же сказала, что не помню, что произошло, Филипп, но ты мне не поверил. Я не помню, как я попала в сарай, не помню, как называла тебя раньше и не помню нашу с тобой жизнь. Наверное, сильно ударилась головой. Судя по тому, что говорила Мэри, я пролежала там всю ночь!

– Почти всю.